Илья Тавлияров: «Тех, у кого нет
кассетных магнитофонов,
я сделал отставшими»



Спорт


Андрей Зюзин: «Все свое будущее я связываю с развитием хоккея в Уфе»

14:03 12 Марта 2019 | 2776
Автор: Антон ЕВСТИГНЕЕВ
Все материалы автора

Интервью с самым известным воспитанником уфимской школы хоккея, который после карьеры в НХЛ вернулся в родной город.

Андрей Зюзин: «Все свое будущее я связываю с развитием хоккея в Уфе»

После успешного для «Салавата Юлаева» первого раунда Кубка Гагарина и победы над «Металлургом» мы пообщались с Андреем Зюзиным – тренером, хоккеистом и просто самым известным воспитанником башкирской школы хоккея, пример которого может быть полезен для нынешних ребят школы «Салавата Юлаева». Андрей рассказал о карьере в НХЛ, о том, чем занимается сейчас в Уфе и поделился мнением о нынешнем состоянии дел в команде.

 

Досье.

Андрей Юрьевич Зюзин. Родился в 1978 году в Уфе. Воспитанник «Салавата Юлаева».

В составе башкирского клуба с 1994 по 1997 провел 103 матча и набрал 29 (16+13) очков. Бронзовый призёр молодёжных чемпионатов мира 1996 и 1997 годов (всего 13 игр, 2 гола, 5 передач). Чемпион Европы среди юниоров до 18 лет 1996 года (лучший защитник: 7 набранных очков (5+2) в 5 играх; попал в символическую сборную чемпионата).

Был выбран на драфте под вторым номером командой «Сан-Хосе Шаркс». В 496 матчах в НХЛ набрал 120 (38+82) очков. Выступал за команды «Сан-Хосе Шаркс», «Тампа-Бэй Лайтнинг», «Нью-Джерси Девилз», «Миннесота Уайлд», «Калгари Флэймз» и «Чикаго Блэкхокс».

После возвращения в Россию играл за СКА и «Атлант». Финалист Кубка Гагарина в составе «Атланта».

В сезонах 2015/16, 2016/17 – ассистент главного тренера ХК «Салават Юлаев».

– Андрей, какими для вас были два года без большого хоккея? Чем занимались?

 

– Эти два сезона были плодотворным и прошли совсем не впустую, хоть даже я и не работал в «Салавате Юлаеве» после увольнения штаба Игоря Захаркина. По приглашению казанского «Ак Барса» посетил академию клуба, провел там много времени. Организовали мастер-классы с Игорем Захаркиным, который больше преподавал теорию, и Вячеславом Быковым. Встречались с детскими командами и проводили для них тренировки. При этом много общались и со специалистами системы клубов Республики: «Ак Барса» и «Нефтяника». Говорили о тренерской работе и о развитии хоккея.

В первую очередь, мне было интересно, как выстроена система «Ак Барса» изнутри. Все-таки это трехратный обладатель Кубка Гагарина, у клуба нужно учиться, чтобы понимать, как достичь таких результатов.

 

– Два года без клубной работы позволили сосредоточиться на каких-то других вещах?

 

– Я стал гораздо шире смотреть на хоккей. Работая в клубе и занимаясь только защитниками, приходится 110% времени уделять своей команде. А когда у тебя появляется больше времени и независимости, то во внимание попадает вся лига и большинство ее игроков. Причем не только взрослых. Следил за тем, на какой уровень выходит наша молодежь, что происходит в детской спортивной школе, в молодежной команде – «Толпаре».

Конечно, в первую очередь обращаю внимание на «Салават Юлаев», внимательно слежу за командой. Также в этом сезоне консультировал клуб «Куньлунь Ред Стар», генменеджер которого интересовался моим мнением по игрокам во время комплектования команды.

Мой обычный день по-прежнему на 90% состоит из хоккея. С утра отвожу ребенка в школу, потом везу на хоккей – вечером либо сам играю, либо смотрю какие-то игры по приглашению, в том числе матчи детских команд «Салавата Юлаева». Поэтому я в хоккее 24 часа в сутки.

 

– Вы работаете над турниром под названием «Кубок Зюзина». Что это за проект? Как о нем можно узнать?

– Это федеральный проект, который поддержала партия «Единая Россия». К сожалению, не успели провести его в этом сезоне. Окончательная дата еще уточняется, но главное – решение уже принято. Думаю, Кубок состоится в ноябре этого года.

«Кубок Зюзина» это турнир среди детских команд 2002-2004 годов рождения восьми районов Уфы. Турнир поддержал министр спорта Республики. На самом деле, это очень приятно для меня, потому что я считаю, что наши ребята должны знать своих героев – воспитанников уфимской школы, которые многого достигли в спорте. Конечно, мы постараемся рассказать об этом событии и в соцсетях, и через СМИ.

Мне бы хотелось, чтобы Кубок стал регулярным и был не только городским, но и республиканским. А если все будет хорошо, то в дальнейшем и всероссийским.

 

– То есть свое будущее вы связываете именно с развитием хоккея в Башкирии?

 

– Да, моя семья в Уфе. И все свое будущее я связываю с Уфой. У меня родители здесь живут, они уже старенькие, им нужно внимание. Хочется работать, развивать хоккей, наш клуб, заняться его становлением. Конечно, сразу и моментально это не придет. Но эту работу надо вести постепенно и начинать именно со школ, молодых ребят.

 

– Вы сказали, что ваш сын сейчас тоже играет в хоккей. Могли бы сравнить то, с чего вам приходилось начинать и путь хоккеиста в современной спортшколе?

 

– Вообще я пришел в школу в 8 лет, позже ровесников, которые полноценно катались почти год, а у некоторых даже была форма. Но через три месяца уже их догнал и занимался с командой. Было стремление, желание, понимание, что это мое. В 10-11 лет я выходил заниматься и со старшими командами – на два-на три года старше. У меня была мотивация попасть в команду «Салават Юлаев». И в 14 лет я оказался в команде мастеров. Даже получал зарплату в клубе. Завели трудовую книжку, все как положено.

Если сравнивать с нынешними временами, то, конечно, у современных ребят больше площадок, больше тренеров и, соответственно, группы набираются более многочисленные. Если у нас брали, максимум, 30-35 ребят, то сейчас в школу принимают до 180 мальчишек одной группы. Стало проще с экипировкой даже несмотря на то, что хоккей по-прежнему остается очень дорогим видом спорта прежде всего для родителей. Мне в свое время хватало льда. Но сейчас больше ребят в спортшколах и это количество растет с каждым годом, поэтому нам нужно строить небольшие площадки с искусственным льдом. Ребята должны играть и тренироваться не только, когда позволяет погода.

 

– Как получилось, что в Уфе вас заметили скауты НХЛ?

 

– В НХЛ отслеживают игроков с очень раннего возраста. Меня заметили на детских турнирах в Америке, Австрии еще в 12-13 лет. А уже в 15-16 перед драфтом агенты просто атаковали, постоянно приезжали в Уфу. Но мне не особо был нужен агент, старался играть в хоккей и не думать об этом. Не важно было, пройду я первым номером драфта или вторым. Знал, что уеду в любом случае. Но было важно задержаться там, заиграть, что гораздо сложнее, чем просто попасть в НХЛ.

Если честно, у меня не было сомнений, что буду первым номером драфта. Даже несмотря на то, что я не играл в московских клубах. У меня и здесь все получалось. Я в сборной был капитаном, играл на первых ролях, получал звание лучшего защитника чемпионата Европы, золотой шлем Суперлиги в 97-м.

В НХЛ я уходил из «Салавата Юлаева». Но перед выбором мне один из скаутов клуба НХЛ сказал: «Ты не пройдешь первым номером, потому что они должны выбрать канадца. Нельзя выбрать русского первым». В итоге «Оттава» выбрала Криса Филипса (с 1997 по 2015 год защитник «Оттавы» – прим. авт), а я попал в «Сан-Хосе». До меня вторыми так же были Олег Твердовский и Алексей Яшин, но, считаю, что все мы должны были уходить на драфте первыми.

 

– В первом сезоне за океаном было сложнее в спортивном плане или в бытовом: другой язык, другая культура?

 

– Все было абсолютно другое и новое. Тем более, мне было-то всего 19 лет, когда я приехал. Были сложности в быту, существовал языковой барьер. Да, я что-то не понимал по-английски, старался, изучал язык. Конечно, не сидел с книжками, но старался общаться, ходить в кинотеатры. Хотел, как можно быстрее выучить язык, чтобы понимать требования.

На льду тоже было не проще. Совершенно другой хоккей. Я попал во времена, когда еще играл Уэйн Гретцки, Марио Лемье, Марти Максорли. Там ты не имеешь права плохо сыграть, не имеешь права на ошибку, потому что, во-первых, ты молодой, а, во-вторых, ты русский.

 

– Если еще говорить об игроках, с которыми приходилось играть и против которых выходить, то кого могли бы назвать самыми мастеровитыми?

 

– Сложнее всего было играть против Алексея Ковалева, Сергея Федорова и Павла Буре. Из тех, с кем посчастливилось выходить в одной команде выделю Мариана Габорика, Берни Николса и Мартина Сен-Луи.

 

– Сразу попали в команду к Дэррилу Саттеру. Писали, что в «Лос-Анджелесе» хоккеисты закрывались от него в раздевалке после игр. С ним было действительно трудно?

 

– С Саттером были сложности всегда и особенно в первое время. Было сильное давление и практически школа на выживание. В команде кроме меня еще были другие российские игроки: Андрей Назаров, Виктор Козлов, но нам не разрешали общаться в раздевалке по-русски. С другой стороны, я быстрее выучил язык. Преодолел это. Но со временем появилось взаимопонимание с ним. Он даже потом пригласил меня в «Калгари», когда работал в этом клубе генеральным менеджером и я с удовольствием к нему поехал.

Сейчас мы с ним в очень хороших отношениях. Был очень рад за него, когда он выиграл два Кубка Стэнли с «Лос-Анджелесом». Да, поначалу между нами были сложности, но надо через это перешагнуть и двигаться дальше. Он дал мне очень хорошую школу жесткости, чтобы не получилось так, что парень приехал, поиграл и уехал, ничего не понимая вообще.


ZU.jpg

Фото: Getty  


– В НХЛ вы часто оказывались в одной команде с русскими игроками. С тем же Андреем Назаровым в «Сан-Хосе» или, например, Сергеем Гусевым в «Тампе». Это помогало быстрее освоиться и лучше себя чувствовать в команде?

 

– Очень хорошо, когда в команде есть русские. Особенно в первое время в новом клубе. Они могут помочь и в быту, и в коллективе. Но острой необходимости в соотечественниках у меня никогда не было. Я открытый, всегда находил со всеми общий язык.

 

– Были ли североамериканцы, с которыми удалось наладить дружеские отношения?

 

– Да, стали хорошими друзьями в «Тампе» с Венсаном Лекавалье, с Мартином Сен-Луи. Если говорить о тренерах, то это и тот же Дэррил Саттер, и Жак Лемер, у которого играл в «Миннесоте». Я столько от него почерпнул! Как игрок, как тренер, как хоккейный специалист получил просто огромный опыт.

 

– Кто еще повлиял на вас как на хоккеиста в НХЛ?

 

– У меня были очень хорошие учителя. Еще могу назвать Лу Ламорелло. Просто молодец! Он великолепно выстроил клуб – «Нью-Джерси». В команде был порядок и правильная дисциплина. Не зря этот человек уважаем во всем мире, а команда при нем выиграла 2 кубка за 4 сезона. Я учусь у лидеров и сам в спорте был лидером. И это касается не только хоккея.

 

– Главный совет, который вы сами дадите молодым хоккеистам.

 

– Всегда советую молодым игрокам, чтобы они не опускали руки, если что-то не получается. Говорю, чтобы бились, добивались и не останавливались. Тогда все получится. Опустить руки проще всего. В НХЛ если ты опустил руки, то тебя выбросят из лиги. Но если уж ты приехал, то играй, доказывай. Прежде всего самому себе, что ты готов.

 

– Если конкретизировать, к чему должен быть готов игрок, когда уезжает в Северную Америку?

 

– Прежде всего ему надо подготовиться физически к другому хоккею и ментально – к любым переменам. В НХЛ очень большой поток игроков: по 2-3 человека на одно место. Каждую тренировку нужно выдерживать конкуренцию, сражаться за свое место, доказывать, что ты лучший.

   

– Могли бы назвать свой самый успешный и самый неудачный момент в карьере в НХЛ?

 

– Не могу назвать конкретный сезон, эпизод или матч. Я отыграл в лиге больше 10 лет – это главный успех. Каждую игру у тебя какие-то маленькие победы и даже когда ты проигрываешь – это не всегда неудача и провал. Я играл в лучшей лиге мира и горжусь этим. Попасть в любую команду НХЛ и стабильно играть в лиге – значит достичь очень высокого уровня в деле, которому ты посвятил свою жизнь. Нужно доказать здесь, что ты достоин, никто не поедет туда за тебя и не договорится.

И считаю, что могу передавать опыт здесь, в Республике как молодым ребятам, которые приходят в «Салават Юлаев», так и старшему поколению. Этим опытом нужно делиться, я не могу сидеть дома и писать мемуары. Считаю, что могу быть полезным клубу и Республике.

 

– Локаут не помешал с точки зрения карьеры. Все-таки перед этим у вас были два хороших сезона в «Миннесоте»?

 

– Нет, локаут мне совсем не помешал. Проводил больше времени с супругой, которая была беременна моим первым ребенком. Приехал домой, в Уфу, отыграл здесь полтора месяца, потом еще месяц – за «Северсталь». Удалось лучше подготовиться к следующему сезону.

 

– После 10 сезонов в НХЛ тяжело далось решение вернуться в Россию, в КХЛ?

 

– Решение было принято практически сразу, потому что как раз в это время уже хотел вернуться обратно. Мне позвонил председатель совета директоров СКА Александр Медведев рассказал о КХЛ и предложил контракт. Благодарен ему за это приглашение, которое я с удовольствием принял. И считаю, что хорошо выступал в СКА.

 

– В то время СКА еще не был базовым клубом сборной и у вас не получилось сыграть на крупных турнирах за национальную команду. Остался осадок от того, что не смогли выйти в форме сборной России на международных турнирах?

 

– Так получалось, что приглашения на крупные турниры совпадали с травмами, которые почти всегда накапливаются к концу сезона. И я просто не мог приехать. Но, конечно, когда ты получаешь травму и не можешь поехать, наступает разочарование. Всегда хочется выступать на международном уровне.

 

– Насколько сильно изменился российский хоккей, по сравнению с временами, когда вы уезжали из Суперлиги?

 

– На самом деле все удивило. Я уезжал-то совсем уж в далекие года, когда еще не было практически никакой инфраструктуры. У нас нормальные самолеты появились, наверное, только 10 лет назад, начали строить аэропорты, арены. И, надеюсь, это будет только развиваться.

 

– Как быстро удалось привыкнуть к европейскому хоккею?

 

– Конечно, первый год я втягивался. Было немного непривычно после НХЛ играть на большой площадке. А второй сезон уже получился более успешным. Удалось сыграть много матчей, показать неплохую статистику (показатель полезности «+20» за 53 игры – прим. авт.).

В своем заключительном сезоне в КХЛ с «Атлантом» мы дошли до финала, в котором уступили «Салавату Юлаеву». Конечно, это было разочарование, но в то же время я был рад, что победил «Салават», поскольку это мой родной клуб.


ZU2.jpg 

фото: catarious.livejournal.com


– Но затем вы все-таки оказались в уфимском клубе в качестве ассистента главного тренера. Насколько комфортно вам было в этой роли?

 

– Мне повезло с преподавателями. У меня были лучшие преподаватели в тренерском штабе. Смотрите сами: Анатолий Емелин и его многолетний опыт клубного главного тренера; Николай Борщевский – играл в НХЛ, работал ассистентом в российских клубах; Игорь Захаркин – выиграл два Кубка Гагарина, одержал две победы на чемпионатах мира. Они меня поддерживали, подсказывали, как подготовить команду, в какой момент какие проводить тренировки Я многому у них научился. Когда ты играешь и когда ты тренируешь – это две совершенно разные вещи. Стал подмечать гораздо больше моментов, стал смотреть на игру шире, как действуют все игроки, как они меняются по ходу матча, как меняет игру тренер соперника.

В первый сезон с командой мы выиграли «бронзу». Это была моя четвертая бронзовая медаль в «Салавате Юлаеве» с учетом трех в качестве игрока. Даже несмотря на то, что на второй год мы не прошли дальше первого раунда эти два сезона были очень классными. Они настолько получились для меня поучительными… С каждой игры, с каждой тренировки, с каждого собрания я подчеркивал для себя что-то новое.

Считаю, что показал хорошие результаты именно как тренер защитников: Александр Логинов, Денис Бодров, Иван Вишневский и Захар Арзамасцев прогрессировали и проводили отличные сезоны. Сейчас те же Арзамасцев, Бодров и Вишневский находятся на ведущих ролях в лиге. Я рад, что эти ребята достигли таких высот и доволен тем, что смог им помочь.


ZU3.jpg

Фото: hcsalavat.ru

– Вы работали в клубе с генеральным менеджером Леонидом Вайсфельдом, после ухода которого эта должность была упразднена. На ваш взгляд, при комплектовании команды важна такая позиция?

 

– Сейчас есть спортивный директор, который ведет работу по составу команды. Название должности не принципиально. Но эта должность гораздо более публичная в клубе, чем любая другая. Генменеджер, спортивный директор должен быть открытым для общения, для СМИ, для болельщиков. Эту позицию должен занимать человек с именем, который знает лигу изнутри, знает игроков. Не просто смотреть на статистику и взять хоккеиста, потому что он забил много голов и сделал много передач. Надо понимать, какую пользу он приносит, и нужен ли такой игрок для команды. Есть много хоккейных тонкостей и определенный набор игровых качеств, которые надо учитывать. Их знает человек поигравший в хоккей.

Прежде всего, эта позиция – связующее звено между игроками, в том числе иностранными, и руководством. С хоккеистами надо общаться, знать менталитет иностранцев, от этого много зависит. И здесь также важно знание английского языка. Ходить с переводчиком для человека такого уровня это неправильно.

 

– Как оцениваете изменения, которые сейчас происходят в клубе с приходом нового правительства республики и нового президента?

 

– Приход Радия Хабирова и Рината Баширова, а также назначение нового генерального директора клуба Александра Курносова, конечно, положительно сказались на команде. И мы видим это по результатам. Игроки почувствовали поддержку от Радия Фаритовича, от правительства. Хоккеисты сами по себе собрались и играют. Они это показали в последней игре регулярного чемпионата – в «Зеленом дерби».

А перед плей-офф в должности генерального директора утвердили Александра Евгеньевича. Это тоже дало заряд и толчок, команда поехала на первые матчи с большей уверенностью, зная о поддержке в руководстве республики. И команда заиграла. В первом раунде они обыграли «Металлург».

Большинство специалистов говорило, что «Салават» не пройдет первый раунд. Но еще перед плей-офф у меня в прессе вышла большая статья, где я вопреки скептикам говорил, что Уфа поборется и она может пройти. Потому что игроки сплотились, потому что правительство оказывает поддержку. И это сработало, команда сделала то, что должна была. Будем ждать серию с «Автомобилистом».

 

– Вы сказали, что команда играет сама по себе, почему вы так решили?

 

– Это видно невооруженным взглядом. Николай Цулыгин – молодой тренер, которому нужна практика и хорошие преподаватели. Одного года в штабе Эркки Вестерлунда, безусловно отличного тренера, мало. Ребята играют благодаря своему мастерству, сплочению и, как я уже сказал, на них очень сильное влияние оказал поддержка правительства, которая дала уверенность.

В команде нет выстроенной системы игры, тактики. Команда собралась – она выиграла. К сожалению, на протяжении сезона я не вижу никакой тренерской работы. У нас в Уфе очень мастеровитая команда. Более мастеровитая, чем «Металлург». Здесь желание превысило все. Игроки «Салавата» хотели доказать республике, КХЛ, что они способны. Не буду во время плей-офф говорить по именам и выделять кого-то, но большинство игроков себя показывают достойно, выполняют именно те задачи, для которых их брали. Что легионеры, что россияне – игроки сборных, лидеры. И сейчас они это доказывают. Они одно целое. И это чувствуют болельщики, они пришли на трибуны и поддерживают команду в самый нужный момент.



ПОДЕЛИТЬСЯ

Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите CTRL+ENTER


Новости партнеров



Рекомендуемое



Спецпроекты


Тесты




Карточки



Афиша





---


Опрос



Происшествия



Загрузка...