Юрист Виталий Буркин: «Как пережить кризис и стать сильнее»

09:30, 06 мая 2020

| c9930

Лишившись адвокатского статуса два года назад, уфимский юрист и подумать тогда не мог, что это станет толчком к росту.

Юрист Виталий Буркин: «Как пережить кризис и стать сильнее»

В конце 2017 года меня лишили адвокатского статуса, все это было неожиданно, так как никаких предпосылок к этому не было. Во всяком случае, так я тогда думал. Для меня решение моих коллег было шоком, и я тогда подумать не мог, что это будет толчком к росту. В адвокатуру я пришел в 2005 году после оперативно-следственной работы в МВД, был уверен, что адвокатская практика – мое призвание. Работая в милиции, я увидел такое количество фальсификаций, что могу утверждать – половина осужденных в стране сидят незаконно (сейчас еще хуже). Всего этого не произошло бы без подлых и алчных адвокатов.

Я понял, что защищать – дело благое. Тем более, если за это хорошо платят.

Мне повезло, в первый месяц работы мне попалось статусное дело – достаточно известного в Уфе человека обвиняли в контрабанде. Расследование вели следователи по особо важным делам главного следственного управления МВД. Обвинение не выдерживало никакой критики, я буквально поиздевался над ним в суде, и подзащитный был оправдан. Злые языки поговаривали, что на решение суда повлиял сын моего клиента – сотрудник прокуратуры республики. Не знаю. Но в следующие два года мне удалось оправдать еще двоих клиентов. Один обвинялся в торговле наркотиками, другой – в должностном преступлении. Еще один подзащитный – деревенский сантехник – обвинялся в убийстве. Его дело не дошло даже до суда – прекратили на стадии следствия. У всех этих людей родственников в прокуратуре не было.

Процесс пошел

Через какое-то время я уже начал выбирать дела, брал исключительно те, где люди были невиновны. Точнее сказать, если складывалось такое впечатление после ознакомления с ситуацией. Я не люблю работать, как говорят в нашей среде, на условный срок. Репутация важнее денег. Поэтому я не брался даже за большие деньги защищать людей, где виновность была совсем уж очевидна. Я защищал и чиновников, и трактористов. Причем наслаждение от оправдания обычного работяги получаешь большее, потому как чиновника или воротилу оправдать куда легче – он тебе помогает своими связями и административным ресурсом.

В адвокатских кругах судачили, что мне просто везет – в каждом случае помогают невероятные обстоятельства. Раньше я тоже так думал, но сейчас, когда анализирую работу адвокатов по всей стране, я вижу, что многие люди просто не умеют работать. Никто не отменял обвинительного крена, но именно адвокатура и приучила суды работать так.

Кстати, знаете какой самый главный недостаток у большинства российских адвокатов, не считая чинопочитания и трусости?

Даже не юридическая безграмотность. А полное отсутствие повествовательных навыков. Никакой чистоты и стройности слога. Отсюда невозможность передать и довести до адресата суть дела, особенно запутанного. Тогда как умение переводить с казенного, сухого юридического языка на язык доступный и есть профессионализм юриста. Такие качества особенно необходимы в делах, где применяются сложные, запутанные нормативные акты, иногда противоречащие друг другу. А по уголовным делам, где вменены экономические или должностные составы, умение поставить точный диагноз таким обвинениям с использованием ясных и четких формулировок – бесценно. Особенно в тех делах, где обвинение пестрит сложными юридическими и финансовыми терминами, запутанным описанием процессов заключения и исполнения хозяйственных сделок, делающих невозможным его восприятие. Делается это, как правило, чтобы ни один сторонний наблюдатель не смог уразуметь написанного.

Время для политтехнологий

Постепенно стали приходить более серьезные дела, где ставки были высокими. Это так называемые заказные уголовные дела – возбуждаются на несговорчивых коммерсантов по заказу конкурентов, бывших партнеров или чиновников. Мне повезло с доверителями. Они были не только платежеспособными, но очень умными и стойкими людьми. Они понимали, что правовыми средствами делу не помочь. Перекупать генералов – занятие глупое и бессмысленное, ведущее к разорению. Требовалось что-то нестандартное, нетривиальное. Так я понял, что пришло время обращаться к области политтехнологий, манипуляций общественным мнением т.д. Надо давить на заказчиков и исполнителей через публичное пространство, но делать это тонко, чтобы твой след и след твоего клиента сразу не прослеживался. Как будто все происходит естественно.

Еще раз – это не пиар. Давайте сразу обозначу отличие пиара от политтехнологий, без терминов, а на примерах. 

Если жертва рейдерского захвата или его адвокат ломятся на радио или в телевизор и начинают рассказывать про произвол своего бывшего компаньона и полицейских начальников – это пиар. Никому не интересно, их туда даже не пустят. А если и пустят, эффект будет нулевой. На это событие просто повесят ярлык – коммерсантские разборки, и будут даже в чем-то правы. В крупном бизнесе ангелов нет, на всех есть скелеты в шкафу. 

А вот если бабушки - жительницы близлежащих к заводу (яблоку раздора) домов поднимут шум про то, что новый собственник завода, не выдерживает экологических норм, засоряет отходами микрорайон, об этом напишут все, даже федералы. Через пару дней рабочие предприятия должны массово поднять шумиху, публично заявить, что новый собственник завода подлый скряга и жулик, при старом им жилось куда лучше. Обстановка накалится.

Сделать это будет нелегко, потому что бабушкам, а тем более рабочим, плевать на смену хозяев завода и их деятельность. Рабочие могут даже не знать, что собственник поменялся. Но искусство в том и заключается, что нужно уметь создавать лишь видимость шумихи и бунта. Самое интересное, что написанное про злоупотребления воротилы, захватившего предприятие с помощью купленного уголовного дела, является сущей правдой. Но естественным путем такие вещи в СМИ не заходят. Им нужна желтизна, жесть.

Что произойдет дальше, наверное, уже догадываетесь. Дней через пять на сцену выходит жертва рейдерского захвата – незаконно обвиняемый в купленном уголовном деле, и начинает рассказывать, что новый собственник завода еще и рейдер, заказчик уголовных дел. Его рассказ, как нож по маслу, потому что юридическая позиция выверенная, речь отточенная, а самое главное, тема уже горячая. Заходит на ура. И вот здесь уже можно по полной давить жалобами на прокуратуру и полицейское начальство. Дальнейшее покрывательство рейдера выглядит очень уж неприглядно и бросает тень на всю систему. Самое главное – действовать стремительно.

Кто-то может сказать, что эти приемы нечестные и аморальные. Я тоже так думаю, поэтому применял их только для обороны от подлецов. Политтехнология – страшная сила. Можно разорить процветающий бизнес, но можно и спасти от травли. В любом случае, сейчас мне это особо и не нужно.

В 2017 году мои коллеги из Адвокатской палаты Башкирии и Федеральной палаты адвокатов люто прославили меня своим решением о прекращении статуса адвоката за критические публикации против судебной системы. Так что теперь я могу завести почти любую тему в публичное пространство естественным путем, без бабушек и рабочих.

Долгих процессов можно избежать

За пару лет до прекращения адвокатского статуса я стал задумываться, что адвокатская работа – неэффективная трата времени, многочасовое просиживание в судах, следственных кабинетах и т.д. Занятой адвокат себе не принадлежит, невозможно даже отпуск запланировать. Можно ведь разрабатывать стратегии и планы, обучать подзащитных, а выполнять будут другие. Тем более, зная, что судьба дел решается не в залах судебных заседаний. Судьи, прокуроры и следователи в серьезных делах – марионетки. Решают судьбы другие люди, по ним и надо бить. Осенью 2017-го судьба предоставила мне возможность убедиться, что мысль штука материальная.

Конечно, когда ты лишаешься работы помимо своей воли, это вряд ли можно назвать приятным событием, я этого не планировал. Пришлось нести убытки и терпеть разные неудобства. Но зато примерно через год, полтора стало приходить осознание, что адвокатская услуга в стране в том виде, в котором она существует, совершенно неэффективна. Стереотипное адвокатское мышление загоняет подзащитного в долгие, многолетние процессы, которых можно избежать.

Я разработал предложение для бизнеса и обычных людей, как можно с помощью правильных юридических действий и публичного освещения, разрешать проблемы в зародыше.

Вся юридическая система страны, хоть в уголовной сфере, хоть в гражданско-правовой, заточена на то, чтобы затянуть человека в многолетние судебные разбирательства, которые зачастую не имеют никакого практического смысла. В стране, особенно в Москве, функционирует огромное количество юридических фирм, в штатах которых десятки модных узких специалистов корпоративного права, в сфере банкротств. Любители говорить на непонятном языке. В судах и арбитражных судах тысячи тягомотных судебных процессов, которые кочуют из одной инстанции в другую и обратно. Самое интересное, что решения по многим из них не будут иметь никакого практического смысла. Коммерсанту ли, чиновнику ли важно решить проблему здесь и сейчас, а не через восемь лет в 15-м Арбитражном суде.

Сейчас могу с уверенностью сказать, что услуга, являющаяся симбиозом юридических действий и информационных технологий, пользуется спросом.

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции


ПОДЕЛИТЬСЯ




Загрузка...

Последние новости

Курултай Башкирии планирует ужесточить закон о проведении митингов L
16:14 25 октября 2020 | e 0
В Башкирии от коронавируса скончалась 50-летняя женщина L
15:05 25 октября 2020 | e 0
МЧС предупреждает о резком ухудшении погоды в Башкирии L
14:49 25 октября 2020 | e 0
В Башкирии попасть в МФЦ можно будет только по записи L
13:33 25 октября 2020 | e 0
В Башкирии растет число заразившихся коронавирусной инфекцией L
13:04 25 октября 2020 | e 0
Академик РАН спрогнозировал спад заболеваемости от COVID-19 L
11:53 25 октября 2020 | e 0

Новости Уфы и республики Башкортостан
© Права защищены. 2008-2020