18+


Свободная площадка


Затерянные в лабиринтах истории

15:55 01 Декабря 2018 | 2677
Автор: Портал Proufu.ru
Все материалы автора

Потомкам Амина Ибраева пришлось пройти по столь запутанным лабиринтам истории, что не мудрено было позабыть свое прошлое.

Затерянные в лабиринтах истории
Метрическая книга д. Аминево за 1888 год

Изучение истории не перестает преподносить сюрпризы. В то же время невнимание к ней чревато не только обрывом связей со своим прошлым, но и утратой своей самости, размыванием личности и кризисом идентичности (экзистенциальной, социальной, национальной, конфессиональной и т.д.). В этом случае люди становятся похожими на главного героя боевика «Идентификация Борна», который, не помнил, кем он является на самом деле, кто его родители, где прошло его детство. Он слепо выполнял заданную программу, не подозревая, что проживает не собственную судьбу, а участвует в реализации сценария, написанного неизвестно кем. Такие сравнения невольно приходят на ум, когда сталкиваешься с историей, подобной той, о которой пойдет здесь речь.

Забытый полковник Пугачева

В 2000 году во время написания сценария документального фильма «Комбриг Муртазин» автору этих строк пришлось обратиться к документам, касающимся происхождения легендарного героя Гражданской войны и участника башкирского национального движения Мусы Муртазина. Его предком был рядовой башкир Телевской волости, пугачевский есаул Кучук Муртазина, чье имя сегодня носит деревня Кучуково Учалинского района РБ. Впрочем, процитируем единственный известный нам документ, в котором упоминается его имя. 16 июня 1774 года приказчик Катав-Ивановского завода (ныне г. Катав-Ивановск Челябинской области) Иван Кондратьев докладывал в Уфимскую провинциальную канцелярию: «…третьего дни (т.е. три дня назад – С.Х.) к здешнему заводу подъехали башкирцы под командою злодейской Пугачевой толпы полковника башкирца Телевской волости Аминя Ибраева, да двух есаулов Кучука Муртазина, Ясака Абдулгасымова, всего сот до шести человек, и здешний Катав-Ивановский завод атаковали».

Тогда я впервые обратил внимание на упомянутого в документе Амина Ибраева. Дело в том, что в научных кругах того времени активно разрабатывалась тема Пугачевщины. Оно и понятно: смена общественной формации потребовала определенной идеологической коррекции взгляда на одну из ключевых для нашего региона тем. В 1999 году увидела свет фундаментальная монография И. М. Гвоздиковой «Башкортостан накануне и в годы Крестьянской войны под предводительством Е. И. Пугачева», а в 2000 году не менее значительная работа С. У. Таймасова «Восстание 1773-1774 гг. в Башкортостане». Оба исследователя составили свой список пугачевских предводителей из числа башкир, казаков, мишарей и других народностей. И. М. Гвоздикова насчитала 44 полковника, бригадира, генерала и фельдмаршала из числа башкир. По мнению С. У. Таймасова, башкирских вождей от полковника и выше было более 80 человек. Столь большой разброс в цифрах объясняется разной системой подсчета. С. У. Таймасов исходил из принципа формирования повстанческой армии, озвученного самим Пугачевым, который говорил примерно следующее: «набери под своим командованием 500 человек (как известно, численность казачьего или башкирского полка составляла 500 всадников) и станешь полковником». Башкирских предводителей, имевших 500 и более человек, он насчитал более 80 человек. И. М. Гвоздикова исходила из буквального упоминания в документах чина того или иного командира.

Так или иначе, в списках обоих историков числился башкирский полковник Телевской волости Исетской провинции Амин Ибраев, но никто из авторов не сделал топонимическую локализацию имени названного пугачевца. Всем было известно, что, например, деревня Кинзябызово Куюргазинского района РБ связана с именем одного из ближайших людей Пугачева полковника Кинзи Арсланова, а деревня Каранаево Стерлибапшевского района – с именем главного полковника Караная Муратова. В их честь в данных селениях проводятся различные вечера памяти и праздники шежере, а вот Амин Ибраев как бы «завис» в виртуальном пространстве исторического нарратива.

Проблема локализации имени Амина Ибраева в привязке к топонимии (ойконими), существовала лишь потому, что никто из исследователей не ставил перед собой цель решить ее. Не было, так сказать, повода. Например, С. У. Таймасов в краткой биографической справке писал: «Амин Ибраев. Старшина Телевской волости. Житель ныне не существующей дер. Аминово, находившейся на территории современного Учалинского района. Пугачевский полковник. В середине июня 1774 г. во главе 600 башкир атаковал Катав-Ивановский завод. В 1777 году служил старшиной». Не внес ясности в данный вопрос А. З. Асфандияров, который, описывая историю села Рысаево нынешнего Учалинского района РБ, сообщал: «Здесь за 1795 год упоминается Амин Ибраев, бывший старшина. Его имя носит д. Аминево, расположенная на территории Верхнеуральского уезда Челябинской области».

Как видим, первый автор ограничил круг поиска лишь территорией Учалинского района РБ, а второй неверно указал название административной единицы, в состав которой входил аул Амина: Верхнеуральский уезд с 1781 по 1920 г. входил в состав Оренбургской губернии, а с 1920 по 1923 г. был частью кратковременной административной единицы, именовавшейся Челябинской губернией, но ни как еще не областью. В любом случае, на территории Верхнеуральского уезда деревня Аминево не фиксируется. Поэтому в 29-й том «Кубаляк, Кувакан, Теляу» серии «История башкирских родов» перекочевала все та же неопределенность относительно местожительства нашего героя: «Амин Ибраев проживал в д. Аминово современного Учалинского района РБ». Беда в том, что на территории современного Учалинского района РБ не было и нет деревень с таким названием. Где же было искать аул Амина Ибраева?

Аул Амина Ибраева найден!

Как всегда помог Его величество Случай. После выхода в свет 29-го тома «Кубаляк, Кувакан, Теляу» серии «История башкирских родов» к нам в редакцию обратился один из читателей, который задал вопрос, не связано ли его родное село с Амином Ибраевым? Обратившийся гражданин был родом из села Аминево Уйского района Челябинской области, которое расположено в нескольких десятках километров от административной границы с Учалинским районом РБ. По его словам, в селе отмечается день памяти основателя – Амина Ибрагимова (так они его называют), однако, никто не знает, кем он в действительности являлся. Жители села полагают себя татарами. Одно это обстоятельство уже исключало их связь с историческим Амином Ибраевым, башкиром Телевской волости и пугачевским полковником. Однако, пытливого читателя смущал тот факт, что речь его односельчан заметно отличается от литературного татарского языка. Поэтому он предположил, что, возможно, их предки были башкирами.

Действительно, вся территория современной Челябинской области до начала в 1735 году Оренбургской экспедиции относилась к вотчинам башкир Кара-Табынской, Айлинской, Катайской, Бикатинской, Салжиутской, Телевской, Сынрянской, Шуранской, Сырлинской и др. волостей. На этой территории, за исключением редких русских слобод (Теченская, Багарякская, Миасская и др.), почти не было иного населения, кроме башкир. Поражение башкирского восстания 1735-1740 гг. вызвало массовую конфискацию башкирских земель в Зауралье. На отторгнутых землях были построены крепости Челябинск, Чебаркуль, Верхояицк (ныне г. Верхнеуральск), Троицк и другие. Та часть башкир, которая лишилась своих земель, была вынуждена переписываться в сословную группу тептярей и переходить в тептярский оклад. Именно они составили основу Тептяро-Учалинской волости, к которой относилась деревня Рысаево, где, по сведениям А. З. Асфандиярова, жил «башкирец Телевской волости» Амин Ибраев.

По окончании Пугачевщины Амин Ибраев нисколько не пострадал и даже получил повышение – был назначен старшиной тептярей и бобылей (как назывались «пролетарии» тогдашней России). В числе бобылей также находилась значительная часть башкир. Их путь в тептярское и бобыльское состояния можно проиллюстрировать на примере прошения тептяра Минской волости Антигера Иликеева, который в 1734 году обратился к императрице Анне Иоанновне: «…Издревле в державе вашего императорского величества прадеды и деды и отцы наши нижайшие были башкирцы и от нужды своей писались бобыли и платили бобыльский ясак, а из бобылей паки по просьбе нашей Минской волости башкирцов Тлеша Бегенешева с товарищи 14 человек по родству приобщены к нам башкирцом и написаны в прибыль тептярского ясаку в оную волость тептярями…».

В 1777 году тептяр Курмаш Арсланов написал жалобу императрице Екатерине II следующего содержания: «Всепресветлейшая, державнейшая, великая государыня императрица Екатерина Алексеевна, самодержица всероссийская, государыня всемилостивейшая! Бьет челом Исетской провинции ясашных тептерей и бобылей команды старшины Аминя Ибраева тептерь Курмаш Арсланов». В своей челобитной он жаловался на сотника Кара-Табынской волости Абдулкасыма Карашева, отставного старшину Мухамета Сафарова и своего старшину Амина Ибраева, которые якобы отняли у него различного товара на 15 рублей: «…и устращивают меня всячески, чрез что и не причинил б мне какова вреда».

Из приведенного документа не видно, где проживал в 1777 году Амин Ибраев. Однако, А. З. Асфандияров указал, что в 1795 году он фиксируется в деревне Рысаево (ныне с. Рысаево Учалинского района РБ). И это действительно так. Поднимаем материалы V ревизии 1795 года по деревне Рысаевой и читаем: «Бывший старшина Амин Ибраев, 64 года, у него жены: 1) Ханифа 65-ти лет, взята Верхнеуральской округи деревни Юлдашевой у тептяря Аднагулова дочь; 2) Зиба 68-ми лет, взята оной же округи деревни Митряевой у тептяря Тевенеева дочь». Упомянутая деревня Юлдашево (второе название Аккужа), как считается, была местом жительства одного из предводителей башкирского восстания 1735-1740 гг. батыра Кара-Табынской волости Аккужи Кулембетова. Что касается деревни Митряевой, то она затем была переименована в Учалы. Ныне это село Учалы, расположенное в 12 километрах от города Учалы. Таким образом, выясняется, что родным селением Амина Ибраева, где прошла бóльшая часть его жизни была деревня Рысаево Верхнеуральского уезда.

Амин и его жены.jpg

В дальнейшем Амин Ибраев и его многочисленная родня выселяются из Рысаево и основывают отдельную деревню Аминево, но уже на территории соседнего Троицкого уезда. Ревизия населения 1811 года определенно говорит о появлении нового селения: «Ревизская сказка 1811 года сентября (…) дня Оренбургской губернии Троицкого уезда деревни Аминевой тептярского юртового сотника Куйдыбая Азначурина о состоящих в оной деревне мужского пола тептярах». В «ревизской сказке» (опросный лист именовался «сказкой» потому, что респонденты лично «сказывали» о себе и членах своей семьи) под номером 8 значится все тот же Амин Ибраев, которому в 1811 году было 80 лет. Вместе с ним были учтены шестеро его сыновей, 20 внуков и 7 правнуков. Кроме того, в ауле проживал с не менее многочисленной семьей родной брат Амина – 76-летний Халил Ибраев, а также их младшие братья – 69-летний Абдулджалил, 66-летний Аббас и 64-летний Абдрашит с членами своих семей. Все вместе они составляли едва ли не половину жителей аула. Вместе с ними в Аминево выселяется и юртовой сотник Куйдыбай Азначурин, живший до этого в Рысаево. Между прочим, этот самый Куйдыбай собственноручно начертал на полях ревизской сказки 1795 года свое имя, чем пролил свет на особенности говора жителей Рысаево и Аминево. Он написал: Куйдыбай Атнасура-оглы (قويدوباي اطناصورا اوعلي).

Таким образом, можно считать установленным документально тот факт, что современное село Аминево Уйского района Челябинской области носит имя башкира Телевской волости и сословного тептяра Амина Ибраева, а его жители в большинстве своем являются потомками сыновей и внуков Амина, членов семей его многочисленных братьев, а также вероятных родственников или соплеменников Амина, выселившихся вместе с ним из деревни Рысаево (второе название – Акбулатово) Тептяро-Учалинской волости.

Ревизская сказка 1811 г. по д. Аминево.jpg

Этносословные метаморфозы

На этом исторические перипетии села Аминево не закончились. Из ревизской сказки 1834 года мы узнаем, что в 1816 году года по указу Троицкого земского суда сюда были переселены четыре казаха («киргизы» Каркыбай Байтакотов, Берджиан Балактаев, Яркынбай Бажанатов, Атыгай Нардындаков) со своими семьями, поэтому она озаглавлена так: «Ревизская сказка 1834 года апреля 15-го дня Оренбургской губернии Троицкого уезда деревни Аминевой о состоящих наличных мужского и женского пола тептярей, бобылей и причисленных из киргиз». Поскольку на конфискованных башкирских землях было учреждено Оренбургское казачье войско, то коренным жителям, оказавшимся в зоне отчуждения вдоль течения реки Яик (Урал), было предложено два варианта решения проблемы – либо переселиться в качестве припущенников-тептярей на земли башкир-вотчинников соседних волостей, либо вступить в казачье войско, оставшись на своей земле. Аминовцы, а также жители некоторых ближних башкирских аулов Кара-Табынской (Магадеево и Булатово нынешнего Уйского района ЧО), Айлинской (Таукаево, Якупово нынешнего Красноармейский района ЧО) волостей решили выбрать последний вариант. Аналогичный процесс протекал и в других башкирских волостях долины Яика. В результате этого возникла этнографическая группа так называемых «башкирских казаков» («казачий башҡорттар»), т.е. башкир, перешедших в казачье сословие. Остальная часть башкирского народа, которая состояла в Башкиро-мещерякском (с 1855 г. – просто в Башкирском) войске, в сословном отношении не была казаками, продолжая оставаться вотчинниками. В отличие от них казаки владели не собственной землей, а казенной.

Этнограф Р. Г. Кузеев писал: «Башкирские казаки составляют смешанную башкиро-татарскую этническую группу, образовавшуюся из переселенцев-башкир из различных волостей Урала, а также татар, которые ради получения вотчинных прав на землю поступали в XVIII-XIX вв. в служилое сословие». Названный ученый опубликовал свой труд в 1974 году на уровне знаний своего времени. С тех пор в науке многое изменилось. Во-первых, стало известно, что «башкирские казаки» формировались не столько за счет переселенцев «из различных волостей Урала», сколько из местных башкир, живших вдоль Оренбургской линии; во-вторых, Р. Г. Кузеев использовал малопригодный для научных исследований термин «татары», поэтому непонятно, кого он имел в виду – мишарей, чувашей (т.е. казанских мусульман), тептярей; в-третьих, вотчинное право на землю не могли получать даже «природные» казаки, не говоря уже о переселенцах, решивших якобы с этой целью поступить на военную службу. На самом деле, это ничего им не давало. Прямо говоря, чтобы стать вотчинником, нужно было родиться им. Ведь не случайно, слово «вотчина» или «отчина» происходит от слова «отец», чем постулируется непреложный закон: право на владение землей передается от отца к сыну, т.е. никаким иным путем приобрести его нельзя (хотя очень редкие исключения все же имели место).

К 1870 году численность «башкирских казаков» Оренбургского войска составляла 5 тысяч человек. В Уральском (бывшем Яицком) казачьем войске насчитывалось еще 6 тысяч башкир. Историк А. И. Кортунов пишет: «К концу XIX века количество башкир, находящихся в Оренбургском казачьем войске сократилась. Значительная часть оренбургских казаков-башкир была христианизирована и приписана к русскому контингенту войска, часть ассимилирована татарским войсковым населением, часть башкир добровольно покинула казачье сословие». Татарское войсковое население, о котором упоминает автор, в этническом плане было разнородным, поскольку формировалось из числа потомков ногайцев, крымцев, казанских чувашей-мусульман, мишарей, туркмен, каракалпаков, башкир, казахов и других групп, объединенных под простым и понятным русскому человеку термином «татары». К 70-х гг. XIX в. в составе Оренбургского войска насчитывалось около 20 тысяч «татар».

Так или иначе, жители аула Амин и других коренных селений, даже став казаками, сохранили свою веру. Ассимиляция и христианизация затронула, главным образом, переселенцев из других мест, не имевших в Зауралье собственной земли, а потому вынужденных жить среди православных в казачьих станицах. В «Списке населенных мест Оренбургской губернии» за 1866 год читаем: «Аминевский, отруб казачий Оренбургского войска. При реке Уй, душ муж. пола – 355, женского – 318. Мечеть – 1». Интересно, что изменение сословного статуса жителей деревни Аминево сказалось и на их идентичности. В метрических записях Оренбургского духовного магометанского собрания они стали называть себя казаками по этносословной градации. К примеру, открываем первую страницу метрической книги за 1888 год и читаем одну из строчек: «Новорожденный Гильман, родился 8 февраля, отец – казак (كزاك) Султан Батыршин; мать Мафтуха, дочь Мухаммад-Сафы».

Мифы и мифотворчество

В первой половине XX века уроженец Аминево Тимерша Рахматуллин (1878-1959) составил историю своего родного села, основываясь, главным образом, на местных преданиях. Рукопись, написанная на языке тюрки (т.е. арабской графикой), затем была переведена на русский язык. Как выясняется, главным источником для него были рассказы потомков тех самых казахов, которые в 1816 году по указу властей были переселены в Аминево. Краевед писал буквально следующее: «По рассказам наших глубоких старцев, дедов и отцов казахского народа, их рода Джагылбаев, жил очень богатый мирза по имени Нурек». Далее идет пересказ широко известного средневекового дастана «Чура-батыр», повествующего о том, как мирза Чура Нарыков, узнав об осаде Казани войсками Ивана Грозного, бросился на помощь единоверцам, но опоздал – город был взят, а его население вырезано. В конце рукописи Тимерша Рахматуллин делает неожиданное заключение, что «потомки Чуры-батыра» как раз и являются жителями села Аминево! Согласно его выводу, аминовцы по происхождению являются казахами, поскольку, как ему рассказали «старцы», Чура-батыр был казахом рода Джагылбай (Жагылбайлы). Следует заметить, что сами казахи села Аминево вряд ли утверждали подобное, а если утверждали, то, скорее всего, говорили лишь о происхождении казахской части аминовцев. Однако, Т. Рахматуллин «творчески» обобщил их рассказы, распространив свою интерпретацию их на всех жителей села. Поэтому часть жителей села Аминево, вероятно, свято верит в эти «предания» старины. Этот пример наглядно показывает механизм мифотворчества, когда один миф становится основой следующего. Разберем вкратце этот любопытный текст.

Как известно, дастан (сказание) о Чура-батыре является ногайским по своему происхождению и на языке оригинала именуется «Шора-батыр». Он входит в эпический цикл «40 ногайских батыров» («Ногайың ҡырҡ батыры»). Существуют также казахский и башкирский варианты («Сура-батыр») этого сказания, в котором нашли отражение реальные исторические события. Настоящий Чура Нарыков был ногайцем из племени Тама, а не казахом рода Джагылбай, как сказано в рукописи Т. Рахматуллина. По всей видимости, джагылбайлинцами по происхождению были сами его информаторы, т.е. казахи села Аминево, но не Чура Нарыков и, тем более, не Амин Ибраев. Каков исторический контекст появления эпического сказания «Шора-батыр»? Чтобы ответить на этот вопрос, нужно обратиться к событиям почти 500-летней давности. Ногайская Орда имела сильное влияние на Казанское ханство, поэтому вынудила казанских ханов к имеющимся 4 вакансиям карачи-беков, которые выбирались из представителей ордынских племен Барын (башкирская ветвь барынов проживает на территории Учалинского р-на РБ), Ширин, Аргын и Кыпчак, открыть 5-ую ставку для ногайского представителя. Это «ногайское место» в 40-х гг. XVI века занял ногайский таминец Чура Нарыков.

Племя Тама, из которого происходил Чура Нарыков, фиксируется в родовой структуре ногайцев, казахов и узбеков (этнографическая группа Курама или кураминские узбеки). Кроме того, в научной литературе существует точка зрения, что оно родственно башкирскому племени Тамъян. Интересно, что башкирская версия сказания противоречит фабуле оригинала: Чура-батыр спешит не на помощь казанскому правительству, а, напротив, в расположение войск Ивана Грозного, чтобы участвовать на стороне русских в штурме Казани. Следует сказать, что все варианты (ногайский, башкирский, казахский) сильно искажены под спудом времени. Но башкирская точка зрения, как ни странно, более близка к истине. Исторический Чура Нарыков был главой промосковской партии, которая свергла с казанского трона крымского Сафа-Гирей-хана и разгромила антимосковскую (крымскую) оппозицию. В результате этого было образовано новое правительство, которое пригласило на престол московскую марионетку хана Шах-Али. Затем случился новый переворот, и ханом вновь стал Сафа-Гирей, а глава прежнего правительства князь Чура Нарыков был убит. В «Казанском летописце» рассказывается: «…А Казанцы же уведав бежание Чюры, и гнавше за ним, и догнавша. Он же, обострожася в месте крепце, чаяся отбитися отъ них; и бившеся с ними долго. И убиша храброго своего воеводу Чюру Нарыковича и с сыном его, и со всеми отроки его…».

Таким образом, перед нами яркий пример того, как эпос в обработке краеведа превратился в «историю» села, претендующую на объяснение этнического происхождения его жителей, позабытого в ходе многовековых этносословных метаморфоз. К счастью, в распоряжении исследователей имеются архивные материалы, которые помогают открыть завесу тайны села Аминово. Как следует из документов, предки Амина Ибраева, башкиры рода Теляу (Тиләү), в силу изложенных выше обстоятельств оказались в тептярском сословии. Далее потомки Амина перешли в казачье сословие, а сегодня, несмотря на утверждение рукописи Тимерши Рахматуллина о казахском происхождении аминовцев, считают себя татарами. Причиной тому – школьное образование, ведшееся на татарском языке. Однако, еще в первой половине XX века некоторые жители села Аминево сохраняли память о своем башкирском происхождении. Например, в единой базе данных жертв политических репрессий есть красноречивая запись: «Юлмухаметов Яганша, место рождения – Уральская область, Кочкарский район, поселок Аминевский, башкир, крестьянин-единоличник, арестован 30.04.1932».

Потомкам Амина Ибраева пришлось пройти по столь запутанным лабиринтам истории, что не мудрено было позабыть свое прошлое. Однако, осознание этого факта уже является поводом для того, чтобы попытаться найти выход из обиталища Минотавра, где масса коридоров, но лишь один из них ведет в нужном направлении. Надеемся, что данная статья станет для аминовцев не только своеобразным клубком Ариадны, но и поводом к установлению контактов с их родичами из села Рысаево Учалинского района РБ.

Автор Салават Хамидуллин

ПОДЕЛИТЬСЯ

Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите CTRL+ENTER

Читайте нас в


Новости партнеров


Загрузка...


Спецпроекты


Тесты




Газета BONUS


Карточки



Афиша




Газета BONUS




Опрос



Происшествия




Сексуальная пятница