18+
Общество

Роберт Давлетшин: «Настоящий Кавказ – добрый. Об этноэкспедиции и стереотипах Северного Кавказа»

18:58 07 Сентября 2017 | 2995
Автор: Минзаля АСКАРОВА
Все материалы автора
Роберт Давлетшин: «Настоящий Кавказ – добрый. Об этноэкспедиции и стереотипах Северного Кавказа»
В столице Чечни – городе Грозном. Фото из личного архива героя

Роберт Давлетшин – общественный деятель, организатор различных республиканских форумов, блогер. Не так давно молодой человек побывал в экспедиции по Северному Кавказу и поделился своими впечатлениями от поездки. Также он рассказал, как в кавказских республиках решается вопрос изучения языка коренного народа.


Расскажи, пожалуйста, как ты оказался на Северном Кавказе? Решил попутешествовать?

– Впервые мое знакомство с Кавказом состоялось 5 лет назад, во время молодежного форума в Карачаево-Черкесской республике. С тех пор было желание посетить Кавказ вновь, и вот этим летом Федеральное агентство по делам молодежи организовало экспедиции по Сибири и Северному Кавказу. Через систему АИС «Молодежь России» (ais.fadm.gov.ru) проводился заочный отбор, в котором могли участвовать этнологи, блогеры, журналисты, эксперты в области межнациональных отношений. Затем был очный отбор по «Скайпу». В итоге из более 800 желающих по России удача улыбнулась только 25 молодым людям, в том числе и мне. 

Основная задача экспедиции заключалась в развеивании мифов о регионах. Так, в Сибири официальным хэштегом стала #ТеплаяСибирь, а на Северном Кавказе мы делились своими впечатлениями, которые можно найти по хэштегам #НастоящийКавказ и #ДобрыйКавказ.

Наша этноэкспедиция началась с Махачкалы – столицы Республики Дагестан, куда мы добрались самостоятельно. И далее побывали в Чечне, Ингушетии, Северной Осетии – Алании и Кабардино-Балкарской республике, а также посетили Ставропольский край, за неделю проехали 1 000 километров – от Махачкалы до Пятигорска, заезжая в села и города Северного Кавказа. 
 
Из нашей республики были двое: Александр Юдин из Октябрьского и я. Александр, будучи автором проекта «Лица Победы», во время экспедиции собирал информацию о ветеранах Великой Отечественной войны с целью сохранения памяти о них в будущих томах своих книг. Меня в большей степени интересовали этнические процессы, нравы и культурные особенности народов Кавказа. К тому же, как представитель башкирского народа, я ставил себе задачу представить титульную нацию Башкортостана народам Кавказа. А для внешнего антуража с собой взял часть нашей национальной одежды – бурек и елян. Это располагало к более эффективному общению и привлекало внимание местных жителей, которые с удовольствием фотографировались со мной, а журналисты брали интервью. 

Группа экспедиции была собрана из 17 регионов России. У многих имелись стереотипы о Северном Кавказ, и, надо отметить, они полностью были развеяны, рамки представления были расширены.

Вот какими ты представляешь кавказцев? 

Дай подумать. Мне они кажутся чересчур суровыми. Женщины, говорят, там не имеют прав и зависят от мужчин.

– Суровые – это еще мягко сказано, да? (смеется) В общем, могу заверить, что все это неправда. Дагестан, к примеру, вполне светский регион и не отличается от других субъектов России. Прилетев в Каспийск, мы окунулись в 8 утра в Каспийском море. Несмотря на раннее утро, было достаточное количество людей на пляже. И отдыхающие, в числе которых были и мужчины, и женщины, и дети, не отличались от тех, что загорали этим летом на пляжах Башкортостана. Я надеялся, что будет как-то поскромнее. 

– А у тебя какие были стереотипы?

–  Я в первую очередь в Дагестане искал «Приоры» с посаженным дном. Машины такой марки встречались часто, но ни одной посаженной. А если серьезно, то, имея множество друзей из разных регионов, я для себя давно определил, что нет плохих наций и народов, а стереотипы возникают из-за единичных случаев, которые чрезмерно активно тиражируются средствами массовой информации. 

В Дагестане часто слышна русская речь, есть даже памятник Русской учительнице. Русский язык стал объединяющим для региона, который является родиной для представителей более 30 этносов. Коренными считаются 14 национальностей: аварцы, агулы, даргинцы, кумыки, ногайцы и другие. В Махачкале особое внимание привлекла аллея «Город мастеров», созданная для сохранения и возрождения народной культуры и национального колорита всех этих народов. А Дербент – древнейший город России – произвел впечатление не только архитектурой, но и широким составом представителей трех конфессий – ислама, христианства и иудаизма. 

Следующим пунктом посещения стала Чечня. Чеченская молодежь приятно удивила своей сдержанностью, грамотностью, они умеют правильно отстаивать свою позицию. Грозный красиво отстроен, архитектура впечатляет. Несмотря на общеизвестный стереотип, находиться там людям других национальностей абсолютно безопасно и комфортно. Встречались с 25-летним министром молодежной политики Чечни. Вообще, на мой взгляд, это очень здорово, что молодежь представлена на многих важных позициях во власти. Порадовало также то, что в республике не продается алкоголь. 

О Чечне и Грозном одним постом не рассказать, лучше смотреть, а ещё лучше лично приехать и восхититься архитектурой чеченской столицы. Здесь восточные традиции искусно выражены в европейском стиле, и часами можно любоваться видами города. Но обязательно посетите центральную мечеть "Сердце Чечни" и мечеть имени Аймани Кадыровой в Аргуне. А мой путь продолжается, и сегодня нас ждёт Республика Ингушетия.

Публикация от Rob Zveroboy (@robzveroboy)

  Чечня. Со странички Роберта в Instagram

Как человек, активно пропагандирующий здоровый образ жизни, я был рад видеть, что молодежь Кавказа любит спорт. Кстати, самые подтянутые полицейские – в Грозном. А вот молодежь Дагестана жаловалась, что у них полицейские останавливают парней с бородой на улице, а в Чечне сами блюстители порядка большие любители пускать бороду.   

Ингуши – горный народ, лучше всех сохранивший аутентичность и историческое наследие. Они славятся мастерами строительства каменных башенных комплексов. Практически по всей территории Северного Кавказа можно найти эти сооружения. Некоторые из них очень древние и возводились в целях отражения внешних агрессий. Я бы назвал эти крепости брендом Кавказа.  

Удалось пообщаться с ингушскими детьми. Кажется, что они все с пеленок умеют танцевать лезгинку. Как только слышат знакомую мелодию, в тот же момент пускаются в пляс. Если наши башкирские дети скромные, я бы сказал, что даже чрезмерно скромные, то там они умеют настаивать на своем и не боятся проявлять свой характер.   

В Северной Осетии мы посетили мемориальное кладбище «Город Ангелов» – место захоронения жертв террора в Беслане. Ту самую бесланскую школу мы также не смогли обойти. Все представительницы экспедиции здесь не смогли удержать слез.   

Осетия, как и Башкортостан, славится пчеловодством. Я попробовал местный липовый мед – по вкусу есть небольшие отличия, но по насыщенности такой же. Здесь для меня стали открытием осетинские пироги – мне, как вегетарианцу, очень пришлись по душе.   

В отличие от предыдущих республик в Осетии много православных и до 10 % населения – мусульмане. Также осетины не забыли своего традиционного осетинского верования, оно тоже монотеистическое.

В Кабардино-Балкарии мы общались и с кабардинцами, и с балкарцами. Последние больше живут в горной местности, откуда идет и самоназвание народа – таулы (горные). Они относятся к тюркоязычной группе, как и башкиры, 80 % их речи мне было понятно. И по менталитету у нас много общего. 

Роберт  с балкаркой

В столице, в Нальчике, мы в основном знакомились с кабардинской культурой. Мне в особенности запомнился Дом моды, где шьется и выставляется традиционная одежда. Дом моды, надо отметить, построен на средства частных инвесторов. Я считаю, что эту идею нашим реконструкторам национальной одежды нужно перенять.   

В Ставропольском крае очень много молодых людей из других регионов России, особенно этим отличается город Пятигорск. 

Почти во всех регионах мы посещали мемориальные комплексы, посвященные жертвам политических репрессий 1940-1950-х годов. 

В целом Кавказ оставил положительные впечатления. Конечно, семи дней для такой большой территории слишком мало, но то, что успел увидеть, меня приятно удивило. Кавказская молодежь – современная, не отличается от передовой молодежи в других регионах, строит и осуществляет собственные проекты в разных сферах, горит желанием развивать свои регионы. 

Кавказцы любят танцевать

– В нашей республике в последние дни бурно обсуждается вопрос обязательного изучения башкирского языка. Северный Кавказ состоит из таких же национальных республик, как Башкирия. Как там решается этот щепетильный вопрос?

– Везде, где мы были, встречались с передовой молодежью и с представителями власти. В каждом регионе я интересовался ситуацией, касающейся изучения языка коренного народа. В Дагестане в этой сфере наиболее схожая ситуация, но со своей особенностью. Там языки изучаются добровольно, так как коренных народов много, и не один из них по численности особо не преобладает над другим. (В Дагестане четыре основные языковые группы, и русскоязычная лишь на третьем месте – примечание автора). Языки коренных народов активно изучаются в местах компактного проживания тех или иных народов. Большинство молодых людей, рожденных в смешанных браках, русскоязычны и этнически себя не самоидентифицируют. Чтобы помешать полному исчезновению коренных языков, в Дагестане разработаны различные программы. Очень популярен этнический социальный видеопроект «Возвращение», в котором дагестанские девушки испытывают на себе все тяготы образа жизни прошлых поколений дагестанских женщин. Им нужно готовить еду, обустраивать быт и жилище, осваивать ремесло и особенности дагестанских промыслов. 

В Чечне ситуация кардинально отличается. Там титульная нация – чеченцы, они составляют более 90 % всего населения. Изучение языка здесь налажено на государственном уровне, это обязательно для всех. Отмечу, в июле там был аналогичный запрос одного жителя по поводу обязательности изучения языка, но Конституционный Суд РФ пришел к выводу о том, что положение об обязательном изучении родного языка в образовательных учреждениях республик не противоречит Конституции РФ. 

Алания. Мужской монастырь

Они не только изучают язык, но еще активно вводят в обиход, использую его в деловом общении. То есть язык рабочий. Нам тоже стоит перенять их опыт и побольше общаться на башкирском не только между собой, но и активно применять на официальном уровне. Например, я лично три года назад писал положение одного проекта полностью на башкирском языке. Практически все государственные инстанции прошел с ним без перевода и изменений. 
  
В Чечне сохранению обычаев, языка и культуры, несомненно, способствуют общины, традиционный уклад жизни. Там велико уважение к старшим, слово старейшин имеет огромный вес. То есть процесс идет снизу, с семьи. А у нас, как вы знаете, проблему пытаются решить сверху. Большинство нашего населения считает, что язык можно сохранить только вмешательством государства.

Раньше, до революции, и у башкир существовали такие общины – ара, объединение фамилий. Были старшины семьи – аксакалы. К сожалению, в советский период наши предки этот уклад не смогли сохранить.

С ингушскими полицейскими

В дальнейшем планируются совместные проекты с Северным Кавказом. Уже есть договорённости с кавказскими коллегами по изучению традиций и укреплению дружественных связей через взаимные гостевые посещения национальных республик "Куначество Урал-Кавказ".

Хочешь получать свежие новости от ProUfu.ru прямо в своем мобильном? Подпишись на нас в Telegram.

ПОДЕЛИТЬСЯ
Новости партнеров

Контент