ЛЕНТА НОВОСТЕЙ



Общество



Алексей Венедиктов: «Путину сейчас не до Башкортостана»

21:42 30 Апреля 2018 | 16348
Автор: Елена ЧИРКОВА
Все материалы автора

Недавно в Уфе состоялись очередные Дилетантские чтения – совместный проект радио «Эхо Москвы» и журнала «Дилетант». Лекцию об императоре Александре III читал главный редактор «Эха» Алексей Венедиктов. ProUfu.ru встретился с журналистом и поговорил о последствиях санкций, новом сроке Путина, Третьей мировой войне и том, как всю жизнь стоять на вышке.

Алексей Венедиктов: «Путину сейчас не до Башкортостана»
Фото: znak.com

– Не могу не спросить вас о санкциях, объявленных США в начале месяца. Пока в правительстве решают, как помочь бизнесменам из санкционного списка, а акции «Русала» стремительно падают, обычные люди – скажем, в нашей Башкирии – сидят и думают: «А что дальше?». Так что же дальше, Алексей Алексеевич?

– Мне кажется, что эскалация будет продолжаться. Нет никаких оснований, чтобы эскалация в отношения между США и моей страной как-то снизилась. Первая причина – это полное отсутствие доверия элиты к элите. Вторая причина – это протекционистский интерес Трампа, если говорить об экономике, экономических санкциях. Ну и третье, самое главное для американцев – я ездил в Вашингтон и разговаривал со многими – их, конечно, сдетонировало то, что они считают вмешательством в выборы. И когда три наших руководителя спецслужб ездили в Вашингтон и встречались с Помпео, который тогда был руководителем ЦРУ, а теперь будет госсекретарь (Майк Помпео – американский политик, с 26 апреля 2018 года назначен Государственным секретарем США – прим. ред.), им было сказано: «Если вы вмешиваетесь в наши ноябрьские выборы, вам кранты. Вы замахнулись на самое святое – на функционирование американской демократии. И вы вмешались: у нас есть след».

Вся эта история с санкциями из-за вмешательства в выборы, а не из-за Украины или Сирии, хотя это тоже в определенной степени повлияло. Мы же никогда к выборам серьезно не относились, а американцы к выборам относятся серьезно: это их святое право выбирать и свергать. Поэтому я не вижу никаких причин, чтобы санкции сократились или остановились.

– И во что в итоге эта эскалация выльется?

– У эскалации нет конца, это такая воронка, в которую вас затягивает. Для России это, безусловно, сильный экономический удар, и не надо «хи-хи, ха-ха», как некоторые реагируют.

– Снова будем скупать телевизоры, как четыре года назад?

– Ну, я бы не стал так упрощать. Санкции серьезно сокращает наши конкурентные возможности с другими странами. Главный благоприобретатель от санкций – это не Америка, а Китай. Хотя у Китая огромный ВВП, больше, чем у американцев, тем не менее, Россия для них – это такая угроза с севера. Китай так воспринимает.

И то, что ее прижали и то, что Россия должна теперь побежать к Китаю с просьбой денег занять, технологии продать – это мы, собственно говоря, ожидаем. Поэтому ситуация неважная, конечно. У России, США и Западной Европы есть общий враг. Это радикальный терроризм. К сожалению, сейчас мы считаем, что наш главный враг не радикальный терроризм, а американцы. Американцы же считают, что наравне с терроризмом мы их главный враг. Поэтому на каком основании им смягчать ситуацию?

– Тогда вот что мне непонятно. Вы говорите об очередном экономическом кризисе, который непременно последует. И, тем не менее, из бюджета государства – то есть на наши с вами налоги – мы будем помогать тем бизнесменам и чиновникам, которые попали в санкционные списки.

– Да, мы будем из нашего бюджета, может быть не прямыми выплатами, но созданием благоприятствий, им помогать. Потому что – и логика здесь понятна – они попали в санкционный список из-за действий государства. Ну, вот государство должно нести ответственность за свои действия.

– И продолжать бомбить Воронеж. А я правильно понимаю, что из-за Миллера «Эхо Москвы» тоже может оказаться под действием санкций?

– Из-за Миллера, из-за Акимова, который руководитель «Газпромбанка». Это вопрос трактовки, здесь главное слово – возможно. По закону, принятому в США, и по письму Минфина, под санкции может попасть то, что действует в интересах или представляет интересы. И в этом смысле, поскольку «Газпромбанк» через «Газпром-медиа» владеет 66% «Эха» - мы дочка. Или внучка, если хотите. И, конечно, мы можем попасть.

– А можете и не попасть.

– Да, потому что слово «может» – это вопрос трактовки Минфина США.

– Напряглись немного?

– Я напрягся год назад, когда попал в зону, которая называется political exposition person. И теперь мне уделяют дополнительное внимание, когда я пересекаю границы из России. Мой предпоследний въезд в Британию – это 12 минут на контроле, при том, что я не знаю английский. То есть это был разговор глухого со слепым. Меня на английском языке допрашивал офицер, а камеры все это снимали. Не самая приятная история. Такие неприятности мы переживем. Но если будет ограничен поток рекламы американских или западноевропейских компаний в медиа, которые контролирует «Газпромбанк», у нас тоже могут возникнуть проблемы. Поэтому мое напряжение в основном связано с возможностями бизнеса, а не с личными ограничениями.

Салават.

Публикация от Алексей Венедиктов (@aavst)

– В продолжение темы про «бомбить Воронеж». Россия готовит свой ответ на американские санкции. И одним из пунктов этого ответа может стать прекращение поставок лекарств.

– Да. Но стоит отметить, что многие выступили против этих контрсанкций. Во-первых, против них выступил министр промышленности Мантуров, который понимает, что эти ограничения отрезают нас от мирового рынка. Против выступила компания «Ависма», которая поставляет титан. Выступили врачи, которые как раз про лекарства. Валентина Матвиенко раскритиковала закон, назвав его сырым.

Этот закон, честно сказать, был направлен на грение воздуха. Это, как многие признавали, вопрос ограничения России, а не американцев. У нас экспорт–импорт с Америкой – 0,4-0,4%. Америка просто не заметит, если мы перестанем у нее что-то покупать. А у нас 1019 наименований лекарств, поступающих из Америки. В основном, это обезболивающее. Ну, могу пожелать этим депутатам, чтобы, когда у них наступят боли, им не хватило лекарств.

– Я к чему этот разговор про лекарства завела. Там есть препараты, которые нужны людям с орфанными болезнями. А у нас в Башкирии, например, сейчас очень остро стоит проблема, когда такие люди не получают лекарств, которые им положены по закону. И это все власти очень просто объясняют – денег в бюджете нет.

– А теперь и лекарств не будет. Не надо будет объяснять про бюджет…

– Именно! Но у меня все еще нет ответа на один вопрос. С каких пор условный Дерипаска стал важнее, чем тысячи людей, которым для жизни нужны дорогущие таблетки? Почему наше правительство так странно расставляет приоритеты?

– Я, к сожалению, не могу вам эту логику объяснить. Но я вам вот что скажу. Если у нас зафиксировано количество людей, больных орфанными болезнями, и зафиксирован объем лекарств, то должны быть задепонированы суммы. Куда они уходят? Я скажу по Салтыкову: воруют. У меня нет другого объяснения. Потому что если по каждому случаю вы напишете Скворцовой, она скажет, что деньги выделены, если это федеральный бюджет. Но куда они делись – это большой вопрос. Их отследить просто надо, но никто не следит, потому что многие в доле. И они не связывают то, что они украли бюджетные деньги с тем, что кому-то не хватило денег на лекарства, которые положены. Они просто про это не думают. А если им понадобятся такие лекарства, они найдут, где купить.

– Хотела спросить у вас про недавний пост Трампа в Twitter, где он призвал всех к разоружению и миру. Но буквально за час до нашей встречи прочитала про очередную бомбардировку Сирии. Мира, судя по всему, еще долго не будет?

– Нет, мира не будет. Маленький совет: не надо относиться серьезно к твитам Трампа. Их, конечно, надо отслеживать и цитировать. У нас начиная с 14 часов по Москве (в Вашингтоне это 6 утра) в редакции начинается: «Проснулся дедушка? Есть новости? Дедушка написал что-нибудь?». Но на самом деле политика США вырабатывается не так. Трамп, пришедший из бизнеса, никогда не избиравшийся до того, считает, что если он что-то написал, то это и случится. Он так живет, это его жизнь. Ему нравится ставить всех на дыбы.

– Так что там с миром? Вы в каком-то интервью сказали, что третья мировая уже идет.

– А она и идет. Это было год назад, то интервью. А после него случилась та самая история в Сирии, когда начали говорить, что если вы будете стрелять по Сирии, мы будем стрелять по вашим кораблям и самолетам. Конечно, третья мировая война идет, и она гибридная. Кстати, за этот год людей, которые считают так же, стало гораздо больше, чем тех, кто раньше надо мной смеялся. Ну, смейтесь теперь.

– Я, Алексей Алексеевич, заметила: вы часто что-то говорите, и через определенное время все именно так и случается. Это что за способность такая?

– Я наблюдательный. Я отношусь очень внимательно к деталям. Вот я недавно был в Тель-Авиве и меня повели на спасательную вышку на пляже. Бирюзовое море, на пляже полно людей. Но только я с этой вышки вижу, что там вдалеке молнии сверкают. Кричу: «Эй, там молнии, сейчас гроза будет, собирайте ваши лежаки». И вот работа журналиста в том, чтобы по каким-то деталям видеть угрозы. Так что я всю жизнь этим и занимаюсь: сижу на вышке.

– После протестов в Армении в отставку ушел премьер-министр страны. Есть у вас идеи, чем этот «бархатный переворот» может завершиться в итоге?

– Мне мало что можно ответить, потому что мы находимся в центре турбулентности и еще ничего не случилось. Да, случилась важная вещь, но она еще не кончилась: армия еще может начать стрелять, клан республиканской партии может не отдать посты, могут быть назначены выборы, а могут и не быть. Могу произойти столкновения уже кровавые, потому что там есть оппозиция, правительство, правоохранители и люди, которые ни за кого не голосовали, но сочли себя оскорбленными.

Сейчас надо ждать, чем это все разрешится.

– После отставки Сержа Саргсяна у многих в России была одна и та же реакция: «армяне смогли, а почему мы не можем?» И многие сравнивают то, что происходит сейчас в Армении, с митингами оппозиции в марте прошлого года. Насколько вообще уместно сравнивать это?

– Протесты в Армении уместнее сравнить с Болотной, куда вышли люди, у которых, как они посчитали, украли голоса. Люди вышли против того, чтобы их избирательное право было порушено.

После митингов на Болотной были возвращены свободная регистрация партий и выборы губернаторов – да, криво-косо, но выборы. То есть вследствие тех митингов была проведена относительно либеральная избирательная реформа, были введены дополнительные гарантии. Они со временем – прошло уже шесть с половиной лет – как-то исказились, коррозировались, но тем не менее, эти либеральные указы и законы последних месяцев правления Дмитрия Медведева были достижением Болотной. Так что сегодняшняя Армения и наша Болотная – это один в один. Вопрос в том, удержит ли оппозиция, придя к власти, свои завоевания. И чего, кроме отставки Саргсяна и, скажем, выборов в парламент, они добьются.

– Вы считаете, что эти армянские протесты оправданы?

– Это очень хорошо, люди вышли против обмана, и обман сделал шаг назад. Отлично. Они не могли это сделать парламентским путем, потому что там было три оппозиционных депутата. Сейчас к ним стали присоединятся другие депутаты, и надо обратить на это внимание. Но, повторяю, это очень хорошо – возник элемент надежды. Но надежда – штука не материальная и не кодифицируется, после этого должно пройти какое-то время и должно наступить разочарование. Вопрос: насколько надежда будет зафиксирована правовым образом? Возникнет ли правительство, которое в глазах людей не будет обманывать, лгать? Это не вопрос союза с Китаем, Москвой или штатами, это вопрос оскорбления людей и вопрос программы. Поэтому, будем смотреть.

В Москве после фильма «Он вам не Димон» кто-то из правительства вышел в отставку? Нет. А речь шла о премьер-министре. Мы не знаем, насколько все, что в этом фильме было сказано, было правдой, но те люди, которые верили, что это правда – сколько их вышло 26 марта? Если сравнивать с Арменией, их было мало.

– Раз уж про Навального зашла речь. Зачем ему эти митинги 5 мая? Это что, попытка настроение испортить перед инаугурацией?

– Очевидно, что политик должен поддерживать внимание к себе. Отфиксировать своих сторонников, держать в напряжении свои штабы – это правильная тактика. Но с точки зрения результата – посмотрим, сколько человек выйдет. Вот нам говорят, что ставка Путина на мобилизацию электората провалилась, посмотрим, какая явка будет на эти митинги Навального. Они что один, что другой борются за явку.

Зашел к руководителю республики

Публикация от Алексей Венедиктов (@aavst)

– Некоторые, кстати, жалуются, что на «Эхе» слишком много Навального.

– На «Эхе» мало Навального. Если мы откроем сайт «Эха» и посчитаем, сколько раз Алексей Навальный пришел к нам в студию в этом году, мы увидим, что там его не так уж и много. Это просто аберрация мнений. Кто-то считает, что на «Эхе» слишком много Максима Шевченко, а кто-то – что много Виктора Шендеровича. А у них, кстати, одинаково времени. Кто-то хочет больше Навального, а кто-то Путина. Моя задача – организовывать эфирное время так, чтобы люди услышали всех, кого они хотят.

– Раз упомянули Путина. В декабре я брала интервью у вашего коллеги с «Эха» Александра Плющева. Тогда Путин только-только заявил, что будет баллотироваться в президенты, и я спрашивала у Саши, что будет после 18 марта, когда Путина снова выберут. Саша сказал, что не изменится вообще ничего. А вы какой видите новую шестилетку президента?

– Саша ошибся. Я всегда говорил, что мы имеем дело с разными Путиными. Первый его срок был инерционным, когда он продолжал реформы, заложенные при Ельцине и при правительстве Касьянова. И этот срок заканчивался делом Ходорковского и «Норд-Остом». На втором сроке Путин поменял свою позицию и стал консервативным. Хотя закончилось это все войной с Грузией.

Потом происходит медведевское интермеццо, Путин делает шаг назад и наблюдает. Происходящее ему не нравится, он возвращается и становится реакционным. На третьем сроке все началось с разгона Болотной и арестов. Главным для меня на этом сроке был декабрь 2012 года и закон о запрете иностранного усыновления.

И, наконец, на четвертом сроке Путин становится мракобесным – я имею в виду политику. Сейчас тренд на запреты – это мы уже видим по блокировкам сайтов. Он подписывает почти не глядя реакционные законы, и контрсанкции он подпишет, если они будут приняты – вы не сомневайтесь.

Поэтому я не согласен с Сашей. Будет ухудшение. Мы уже взяли курс на изоляцию, на ограничения возможностей жителей нашей страны, дальше будем только скользить вниз.

– Один из главных символов демократии, как мне кажется, – это свобода слова. «Репортеры без границ» опубликовали недавно мировой рейтинг свободы печати, и мы в этом рейтинге на почетном 148 месте, рядом с Таджикистаном и Мексикой. Очень характерный показатель того, что гайки закручиваются, верно?

– Они считают этот рейтинг по формальным признакам: по законодательству, по безопасности журналистов, по количеству не только убитых журналистов, но и расследованных дел, которых у нас очень мало, и по количеству сюжетов важных, которые в итоге не вышли в эфир. Так что, думаю, это правда.

– Тут еще и Роскомнадзор в своей попытке заблокировать Telegram сошел с ума и блокирует все подряд.

– У меня, знаете, совершенно еретическая мысль по этому поводу. По-моему, он саботирует эту блокировку. Он играет в игру «держите меня, я сумасшедший», размахивает дубинкой и крушит все подряд, кроме одного стакана, который он должен был разбить. Там сидят не дураки, так что, скорее всего, это саботаж. Вероятно для того, чтобы выскочить из-под ФСБ, которая требует ключи.

– Давайте к Путину все же вернемся. Состав правительства новый Путин будет менять?

– У нас одно правительство, и зовут его Владимир Владимирович Путин. Я думаю, что, скорее всего, Дмитрий Анатольевич останется. Это означает, что тандем между Путиным и Медведевым сложился таким образом, что люди внутри этого тандема сохранят свои возможности или переместятся по горизонтали. Поэтому для меня, честно говоря, состав правительства, не является сущностным.

Политику в стране определяет президент, причем лично и один. Поэтому кто бы ни был премьером, министром обороны или министром финансов – все это у Путина в руках.

– А что на счет региональных властей? Есть, например, Рустэм Хамитов. И есть показатели эффективности губернаторов, которые сам Путин и подписывал. Показатели в республике не самые блестящие – одна детская смертность чего стоит. Однако есть мнение, что Хамитов в 2019 году пойдет на новый срок.

– Хамитов прекрасно понимает, что его решение должно быть сопряжено с решением президента. А президенту пока не до Башкортостана. Но к моменту, когда нужно будет избирать главу республики, я думаю, президент и Рустэм Хамитов разберутся.

Мы не знаем, существуют ли факторы, которые заставят Рустэма Закиевича остаться или уйти. Факторы могут быть личные, общественные и политические. Да, есть эти рейтинги оценки, о которых вы упомянули. Но это лишь один из факторов. А президент принимает решение по наитию, эмоционально. Конечно, он смотрит на цифры, но он смотрит и на потенциал в новых условиях.

И снова медку от главы республики

Публикация от Алексей Венедиктов (@aavst)

Разговор с Тулеевым был очень важным для понимания. В свое время, может кто-то уже об этом забыл, Аман Тулеев выступил против Путина на президентских выборах в 2000 году. Но за последние 18 лет тот же Тулеев сделал этот сложный регион, где проходили шахтерские забастовки, лояльным Путину, и это ценилось. Но прошло 18 лет, и Путин увидел, что Тулеев выстарился и больше ни на что не способен. И мы до трагедии в Кемерове этого не знали – да, долго лечился, да, тяжело ходит. Но мало ли, с головой-то все хорошо должно быть. А оказалось. Что и с головой как-то неважно. И вот он ушел. А не было бы трагедии в Кемерове – переизбрался бы, как зайчик.

Так что факторов очень много. И я бы сейчас не стал гадать, это бессмысленно, потому что прогнозы строятся на роботах. А тут всегда есть человеческий фактор.

ПОДЕЛИТЬСЯ

Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите CTRL+ENTER

Читайте нас в


ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ






НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ


Загрузка...

СПЕЦПРОЕКТЫ


ТЕСТЫ




ГАЗЕТА BONUS



КАРТОЧКИ




АФИША





ГАЗЕТА BONUS


ОПРОС



ПРОИСШЕСТВИЯ




Загрузка...

СЕКСУАЛЬНАЯ ПЯТНИЦА