Прислать новость

Ленара Иванова: «Двигаемся в сторону передачи социальных услуг рынку»

04:00, 19 Марта 2020

| c2625

Тимур АЛМАЕВ

Вице-премьер Правительства – министр семьи, труда и социальной защиты РБ Ленара Иванова в эксклюзивном интервью ProUfu рассказала, для чего власти развивают систему сертификатов в сфере социальных услуг, о проекте фонда «Изгелек» по поддержке пожилых, о зарплатах соцработников и своем отношении к закону о домашнем насилии.
Ленара Иванова: «Двигаемся в сторону передачи социальных услуг рынку»
Прослушать новость

О бизнесе в социальной сфере: «Только конкуренция может сделать рынок соцуслуг качественным»

Недавно в Уфе прошел второй ежегодный «Бал маленьких принцесс». Это было красивое мероприятие и, действительно, сказка для детей с ограниченными возможностями здоровья.

В республике есть выстроенная система работы с особенными детьми, есть наработанный опыт. Но именно такого масштаба мероприятия, когда есть возможность выйти в свет большому количеству детей со всей республики в таком прекрасном, сказочном для детей месте, как Оперный театр – это и Аксаковская елка, и Бал маленьких принцесс, стали проводиться только с 2019 года под личным патронатом Главы и его супруги – Радия и Каринэ Хабировых. Это, конечно, подняло планку и обязало всех подтянуться до высокого уровня. Теперь такие мероприятия стали ежегодными и проходят не только в Уфе, но и во всех районах республики. Сейчас готовится мероприятие и для мальчиков – Турнир маленьких рыцарей. Некоторые районы уже стали проводить его. И самое приятное – слышать восторженные отзывы людей, отзывы родителей.

В регионе порядка 17 тысяч детей-инвалидов. И есть личное указание Главы – чтобы в таких мероприятиях участвовали не одни и те же дети, а как можно большее число семей с каждым годом мы охватывали вниманием.

У нас в республике действует программа сертификатов, когда социальные услуги реабилитации можно получить не только в государственном учреждении, но и в частном.

Сертификаты на реабилитацию – это абсолютно новая тема для региона. В 2019 году, благодаря решению Главы республики, мы начали их выдавать на реабилитацию детей-инвалидов. Очень радуемся, что проект наконец увидел свет. Люди выбирают то, что им больше подходит, время, которое им удобно, и, надеюсь, действительно получают хорошее качество. Вообще, я уверена, что государство должно в первую очередь быть заказчиком услуг и контролировать качество их оказания, но исполнителем оно быть не обязано. И очень хорошо, когда с помощью сертификатов мы получаем нужные людям услуги – в санаториях, в частных центрах. 

Как отражается приход в социальную сферу бизнеса на качестве оказываемых услуг? 

Мое внутреннее убеждение таково, что только конкуренция сможет сделать рынок социальных услуг действительно качественным. Когда это только бюджетные учреждения — там конкуренции быть не может, то есть там зона комфорта и все хорошо. Какие бы мы требования ни устанавливали, как бы ни проверяли – все равно это зона комфорта. Там все гарантировано, все четко, никогда финансирование не убавят. А здесь – плохо поработал, так к тебе просто никто не придет с этим сертификатом. Все будет решать качество.

Сумма сертификата как определялась?

Рассчитывалась исходя из стоимости услуг в государственных центрах в течение одного курса, в том числе учитывались физиотерапевтические услуги, услуги логопеда, психолога, социального педагога и другие. Один сертификат на 21 день стоит 41800 рублей.

Сколько уже сертификатов выдали?

921 был выдан в прошлом году, а вообще, денег рассчитано на 1600 сертификатов.

А хватит ли этих средств на услуги в коммерческих центрах?

Вот здесь как раз не может быть такого, что для коммерции мы дорого все оцениваем, а для себя по дешевке. Нет, у нас одинаковый подход. Есть стандарт оказания услуги реабилитации, стоимость исходя из норматива затрат, которая, как я уже сказала, сегодня сложилась в бюджетных организациях.

Значит, получается наоборот: коммерческие организации подстраиваются и выбирают – хотят они в этом участвовать или нет

Да, верно: захотят – пожалуйста. Если для них это невыгодно, то нет. Когда бизнес чувствует, что государство намерено стабильно эту сферу финансировать, то сам тоже охотнее будет вкладываться.

Как, например, история с сертификатами на детские сады в Стерлитамаке…

Идею сертификата на дошкольное образование (присмотра и ухода) мы вынашивали давно. Вообще, мы стараемся очень внимательно, с точки зрения эффективности бюджетных расходов, подходить к капитальным вложениям, строительству социальных учреждений, прежде всего детских садов, школ, просчитывая, что происходит с демографией в конкретном населенном пункте. Например, если Нефтекамск активно растет, понятно, что там, конечно, нужно строить. Но если где-то местные жители хотят, чтобы был построен детский сад, но мы видим, что население убывает, то понимаем, что рано или поздно там количество детей будет уменьшаться или уже уменьшилось. Значит, здесь нужны другие подходы, и мы над этим работаем. Например, на 2020-й год у нас потребность в детских садах на 6 тысяч мест уменьшилась. Это связано с тем, что начиная с 2015 года у нас начала постепенно снижаться рождаемость.

Сейчас, наверное, ситуация изменится. У нас создана целая программа для улучшения демографической ситуации.

Неожиданного всплеска рождаемости, конечно, не произойдет. Этого ждать не стоит. На этом этапе все принимаемые и реализуемые меры направлены в большей степени на замедление, в идеале – на перелом тренда падения рождаемости. Да, мы провели качественный анализ, понимаем, куда двигаться, утверждена «дорожная карта» (про нее есть смысл поговорить отдельно). Демография – вопрос интегральный, поэтому здесь, безусловно, нужны усилия абсолютно во всех сферах.

У нас смелые ожидания и планы, связанные с реализацией нацпроекта «Демография», который включает в себя федеральный проект «Содействие занятости женщин» (я здесь еще не касаюсь новых серьезных выплат по проекту «Финансовая поддержка семей»). Он как раз открывает дорогу женщинам-матерям и дает возможность совмещать трудовую деятельность с семейными обязанностями, в том числе за счет повышения доступности дошкольного образования для детей до трех лет. Одна из составляющих и главная альтернатива строительству бюджетных учреждений и созданию ясельных групп в детских садах – поддержка бизнеса, который предоставляет подобные услуги.

Планируется федеральная поддержка. Владельцы частных яслей настроены оптимистично. Понимая, что эту сферу государство намерено развивать, они строят планы на расширение своего бизнеса, начинают привлекать квалифицированных специалистов, хотят быть конкурентоспособными. У нас в республике для повышения конкуренции в данной сфере совместно с Межрегиональной благотворительной общественной организацией «Социальная сеть добровольческих инициатив «СоСеДИ» запущен проект по организации системы профессиональной подготовки и добровольной сертификации нянь. 36 человек уже прошли обучение. Социальных предпринимателей нужно поддерживать, еще и предоставляя помещения на долгосрочной основе, по льготным ставкам. Это, на мой взгляд, наиболее перспективная стратегия. Правильно будет просто заказывать эту услугу у негосударственного сектора для мам, а мамы будут выбирать, куда пойти и кто достоин получить финансирование от государства. Это и есть гарантия качества предоставления услуг. 

В мире есть похожие подходы?

В большинстве европейских стран сервис и услуги развивают частники, именно они выступают движущей силой и задают тон, а государство полнокровно их финансирует. Здесь немаловажную роль играет финансовая сознательность граждан. Там очень высокие налоги, которые все исправно платят. Об этом никогда не надо забывать. У нас ведь как считают: «Мне все всё должны, но при этом я никому ничего не должен». Меня такая позиция очень расстраивает. Получается какой-то замкнутый круг – население требует высокого уровня обслуживания, но далеко не все готовы по полной платить налоги. Но, недобирая в казну, мы не в состоянии обеспечить требуемого уровня. И в этом смысле движение в сторону передачи рынку оказание услуг – это правильнее, перспективнее. Почему бы не начать это движение с линейки услуг, ориентированных на семью, и выбирать лучшее глазами мамы!

По поводу сертификатов для еще одной незащищенной группы населения – пенсионеров, что-то похожее ведь там тоже действует?

Вы про социальный туризм? Вообще, программа была запущена в 2011 году. У нас тогда все было в виде прямого финансирования конкретных выбранных организаций. Соцзащита работала как турбюро – выдавала путевки с отрывными талонами. И мы предложили перейти на сертификаты, когда определенная сумма гарантирована гражданину. С 2014 года начали их выдавать.

Какова сейчас сумма по сертификату?

Сумма, кстати, очень долго не менялась и до сих пор составляет 8 тысяч рублей – обычным пенсионерам, а малоимущим, инвалидам, детям-сиротам и детям-инвалидам – 12 тысяч.

Восемь тысяч – это все-таки немного.

Индивидуальные суммы можно, конечно, пересматривать. Но главное – главой было принято решение примерно в семь раз увеличить количество денег в программе. Раньше там было около 10 миллионов, сейчас будет около 77, и мы надеемся, что уже не тысяча, а семь тысяч человек в год будут получать эти сертификаты. А еще он поручил обеспечить возможность участия санаториев в этой программе. Ведь пенсионеры, как правило, мечтают именно поправить здоровье в наших замечательных санаториях. Госкомтуризм, через который ведется финансирование, уже внёс необходимые изменения в свою госпрограмму. А мы все эти годы ведем очередь (сейчас в очереди более 120 тысяч человек) и выдаем на местах сертификаты. И это уже будет конкуренция между санаториями. К кому больше приедет пенсионеров с сертификатами, тот больше денег от госкомтуризма получит.

О проектах для пожилых: Народном университете и сотрудничестве с Яндекс

Как развивается программа Народного университета третьего возраста?

Все делается по 44 Федеральному Закону: приходят пенсионеры, например, Абзелиловского района, и говорят, чему они хотят обучиться (от танцев и основ садоводства, до семейной психологии и французского языка). Дальше формируется группа. Если меньше 12 (для обучения компьютерной грамотности) или 15 человек (по всем остальным видам обучения), то группа не формируется, а если она сформировалась, соответственно, дальше соцзащита закупает эту услугу у образовательных организаций, у кого есть на это лицензия. Вот тут уже сложнее. Во-первых, может группа не сформироваться, во-вторых, может выиграть организация «рога и копыта», которая тебе предоставит ерунду какую-то. Плюс не все умеют работать с пенсионерами – особых «звезд» в этой части пока нет, поэтому эта тема буксует.

Направление на самом деле исключительно правильное и перспективное. Кстати, что по соцтуризму, что по народным университетам третьего возраста – мы лидеры и передовики в стране (если исключить столицы).

Потихоньку появляется к этому интерес в обществе (я удивляюсь, почему так медленно). Население стремительно стареет, а значит, этот рынок будет только расширяться, становиться все более взыскательным к сервисам, разнообразнее (от спорта, туризма и культуры до интеллектуальных и уходовых программ). И вообще, я считаю, что, если мы занимаемся старшим поколением, мы очень сильно воспитываем младших. Когда мы занимаемся инвалидами, мы тоже очень сильно воспитываем подрастающее поколение, это больше нужно нам, здоровым, молодым, сильным и детям. Дети должны видеть, как мы относимся к старшим. Это исключительно глубокий философско-цивилизационный подход. И это даже совершенно не про то, чтобы сделать им хорошо, а про то, чтобы сделать ВСЕМ хорошо в итоге.

В работе с пожилыми людьми есть примеры привлечения бизнеса?

Смотрите, мы с Гострансом работаем над созданием службы социального такси. Пока обсуждаем варианты. Есть вариант возложить этот проект на плечи Башавтотранса. Но для них это абсолютно новая история, а значит, придется вкладывать кучу бюджетных денег, купить машины с соответствующими приспособлениями, содержать call-центр и так далее. Либо второе – определить лимит поездок нескольким категориям населения, например, инвалидам, пожилым старше 80-ти лет. И дальше уже человек сам определяет, когда и куда ему нужно ехать. Мы просто будем им оплачивать эти поездки в рамках установленного лимита как меру соцподдержки. Хочу привести в пример хорошую практику, которая начата нами буквально с февраля. Это совместный проект Министерства семьи, труда и соцзащиты и Яндекс по перевозке ветеранов Великой Отечественной войны. Лимит поездки составляет 250 рублей, и таких поездок можно совершить четырежды в месяц. Звоните по номеру 8-800-775-0014, заказываете поездку и все.

Сумма 250 рублей, конечно, не самая большая.

В любом случае – это помощь, и это неплохо. Здесь, кстати, нет ни копейки бюджетных денег, просто социально-ориентированный бизнес. Мне думается, мы должны одобрять и поддерживать любые положительные начинания, независимо от их масштабов.

А сколько сейчас в республике ветеранов ВОВ?

По состоянию на 1 марта проживают 738 участников войны, 285 инвалидов войны, «блокадников» – 98 и бывших узников концлагерей – 99 человек. Совсем мало осталось...

Это единственный проект работы с Яндекс.такси?

Нет. В общей сложности мы работаем над тремя проектами: помимо этого, второй проект – обучение и прием на работу водителями инвалидов, и третий – запуск такси для маломобильных групп.

О качестве жизни пенсионеров: «120 тысяч пожилых находятся за чертой бедности»

Вы сказали, что, предпринимая активные действия в повышении качества жизни пенсионеров, мы, по сути, улучшаем качество жизни для себя в будущем. Но, тем не менее размер самой пенсии все еще крайне невысок.

Сейчас прожиточный минимум пенсионера в республике составляет 8645 рублей. То есть это уровень, ниже которого пенсионер не должен получать. Таким образом, в случае если материальное обеспечение пенсионера ниже указанного размера, ему осуществляется доплата, доводя его до этой планки. Таких порядка 120 тысяч по данным Пенсионного фонда РБ – это, конечно, очень много.

Вы не считаете, что те сертификаты, на которые деньги тратятся – доплаты и так далее – лучше выдавать пенсионерам, грубо говоря, в чистом виде, как добавку к пенсии?

Это несопоставимые суммы – средства, которые мы тратим на эти сертификаты и которые необходимы для достаточного уровня пенсионного обеспечения. Они из разных измерений. Мы просто смотрим, где можно с помощью небольших бюджетных денег простимулировать именно развитие сферы социальных услуг, что позволит места рабочие создать – а это заработная плата и налоги. И люди будут тратить свои зарплаты здесь же, в Башкортостане, и потраченные бюджетные деньги будут работать на нашу экономику.

В республике с пенсионерами активно работают и НКО.

Есть интересные и перспективные практики. Буквально в феврале Благотворительный фонд «Изгелек» запустил марафон «Хаир». Марафон приурочен к 75-летию Великой Победы. Фонд оказывает адресную помощь в виде продуктовых наборов на сумму 1000 рублей одиноким пожилым, получающим минимальную пенсию, пожилым и инвалидам, оставшимся без попечения родственников. Появились и первые партнеры фонда. Это АНО Центр социального обслуживания населения «Бәхет» Октябрьского района Уфы и такая же по статусу некоммерческая организация «Доверие-К» Кушнаренковского района. В феврале 2020 года продуктовые наборы получили первые 29 подопечных центра «Бәхет». Кушнаренковское «Доверие» каждый месяц в течение года будет относить продукты 71 одинокому человеку. Речь о людях, которым такая помощь совсем не лишняя.

Есть ясное понимание, что нашим ветеранам нужно больше внимания, больше доброжелательности самой системы. И в этом направлении мы планируем работать и дальше.

Видели бы вы глаза бабушки, которая получила продуктовый набор. Она просто растерялась, и первый вопрос был: «За что?». Они настолько не привыкли, что им помогают.

Фондом «Изгелек» запланировано выдавать по 2 тысячи таких продуктовых наборов ежемесячно. Сейчас соцзащита ведёт работу по выявлению таких особо нуждающихся пожилых.

Это ведь еще и неоценимый труд социальных работников. Я до земли готова поклониться этим людям, которые у нас работают! Они обслуживают тех, кто нуждается, но они и сами очень небогаты. Нам катастрофически необходимо увеличивать штаты социальных работников и думать о повышении их заработной платы. В 2015 году мы всех перевели в негосударственный сектор и эти социальные работники трудятся не в бюджетных учреждениях. На государственные субсидии они обслуживают бесплатно тех, кому это положено, а остальное – уже за плату. Но чтобы по-настоящему зарабатывать, нужно чтобы у людей были деньги. Последние пять лет реальные доходы населения и в стране, и в республике падали. Благо, с 2019 года начали немного расти. Сейчас ситуация опять вызывает определенную тревогу...

Закон о домашнем насилии: «Очень скользкая тема»

Небезызвестный «Закон о домашнем насилии» – как его окрестили журналисты. Что вы о нем думаете?

Очень скользкая тема. Я так скажу: мы уже два года фактически работаем как Министерство семьи, выстраиваем службу социального сопровождения семьи, причем с главным посылом, что это индивидуальная работа, то есть в каждой истории абсолютно все по-своему (как у Толстого). Но всегда можно заметить, когда в семье только начинается какое-то неблагополучие. И наша задача – как можно раньше понять, почему? Почему папа начал пить, почему мама начала пить, кто-то потерял работу, у кого-то опустились руки, дети стали прогуливать школу. Там может быть 50 вариантов развития событий. Насилие в семье зачастую – есть следствие этих проблем. Мы, конечно, делаем все, что государство обязано делать. Мы должны в кризисной ситуации предоставить возможность женщине с ребенком куда-то скрыться. Причем это необязательно должно быть бюджетное учреждение. Это могут быть НКО, мы просто можем субсидировать эту историю. Во всем мире, повторяюсь, по этому пути идут, и это, конечно, правильно. Но по поводу уголовных дел и по поводу этого закона, когда есть уголовное законодательство, есть уголовно-процессуальный кодекс, все как бы выстроено. Нужно выстроить их полное исполнение, чтобы органы реагировали и принимали соответствующие меры, чтобы женщины знали, куда обратиться за помощью, и вовремя это делали. Я за то, чтобы заниматься профилактикой и лучшая профилактика – это воспитание наших детей в уважении к старшим, в уважении мальчиков к девочкам, девочек к мальчикам, воспитывать девочек женственными, мальчиков мужественными – это самая лучшая профилактика семейно-бытового насилия.

Вы говорите о профилактике, воспитании, когда ребенку с малого возраста родители должны прививать уважение к ближним. Как обстоят дела в детских домах?

С этого года Минобрнауки республики передало нам детские дома и опеку. Кстати, этот вопрос решался почти шесть лет. Это абсолютно правильное решение – выстроить единую модель подчинённости учреждений для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и органов опеки. Мы сейчас работаем с директорами учреждений, смотрим, какие ресурсы, как оптимально выстроить работу. Например, есть территории, где у нас детский дом и тут же рядом детский социальный приют. Мы явно будем закрывать там приюты и делать временные места в детском доме. Социальные приюты мы в последний год сократили на треть, точнее, места в них. Приют является бюджетным учреждением, и в госзадании указывается количество детей, на которое выделяются деньги. Если детей будет меньше, то мы не должны их полностью финансировать. Они же госзадание не выполняют. Получается, мы вынуждаем приюты, чтобы у них было как можно больше детей. Идиотская система, когда мы за госденьги плодим будущих детей-сирот, по-другому не скажешь. Это мы сейчас и меняем потихоньку.

На освободившихся площадях мы сделали отделы коррекционно-развивающей работы, в ближайшее время откроем пространства для подростков. Запрос на эту тему колоссальный в сельской местности. Мы его видим, поэтому будем развивать.

И сейчас, все это понимая, выправляем: во-первых, мы работаем на профилактику, чтобы у нас просто меньше детей приходило, появлялось в приютах. Даже в новогодние праздники в этом году мы меньше детей изъяли из семей, где была угроза реальная –12 детей, а в прошлом году – 29, это очень хороший показатель. Во-вторых, я сразу говорю: у нас будет доводиться до минимума количество мест в таких учреждениях, потому что в них нет такой необходимости. Мы идем в правильном направлении – 90-е, когда беспризорные дети по улицам ходили, давно прошли.

Число работников в таком случае сокращается или их зарплата?

Нет, почему? И сотрудников, и зарплату мы, наоборот, сохранили через переориентирование услуг в приютах, чтобы работали именно на профилактику, а не постфактум. В детских домах тоже будут изменения, может, и вовсе откажемся от госзадания. Вообще, у нас даже название будет другим. Это будут не детские дома, а центры содействия семейному воспитанию и главная их цель – чтобы дети жили в семье. Если они будут жить в замещающей семье, то есть приемной или опекунской, мы будем их сопровождать, потому что как, к сожалению, иногда бывает: отдали ребенка в приемную семью и забыли, а потом семья может от него отказаться – это называется вторичное сиротство. Вы представляете, какой ужас ребенок испытывает? Лучше пусть он всю жизнь в детском доме, чем его взяли, а потом вернули, то есть фактически сказали: «Ты никчемный, с тобой много проблем». В общем, я хочу сказать, что мы аккуратно, с учетом глубокого анализа, будем осовременивать эту систему, сфокусировав на единственно безупречную цель – счастье детей в семьях.

О личном: «У Бога попрошу милосердия»

В завершение пара коротких вопросов. Вы уже достаточно давно в правительстве. Чем гордитесь и о чем сожалеете?

Все не перечислишь. Мне кажется, главное – нам с моими коллегами удалось создать открытое, живое и работоспособное Министерство. Огромное спасибо всей нашей системе за это, за вклад каждого!

Я повторюсь, однозначно считаю прорывом то, что мы перевели в негосударственный сектор социальное обслуживание на дому. Тогда это была революция, огромные риски, но именно придуманная нашей командой модель оказалась устойчивой и позволяющей развиваться. Мы заключили первое в России концессионное соглашение об открытии частного пансионата для пожилых (скоро подпишем третье), развиваем приемные семьи для пожилых. Ликвидировали очередность в психоневрологические интернаты. Это была острейшая социальная проблема. Хочу поблагодарить БФ «Урал» за реконструкцию здания в Юмагузино, где мы разместили филиал Кумертауского ПНИ, это 120 таких нужных мест!

Кроме того, начали развивать сопровождаемое проживание людей с ментальными нарушениями. Сертификаты на реабилитацию детей с ОВЗ, с которых мы с вами начали, – тоже предмет нашей гордости. Здесь же региональный перечень ТСР (прим.ред. – технических средств реабилитации).

Мы впервые в стране начали выдачу образовательных сертификатов по линии службы занятости, придумали новое мероприятие – стажировку инвалидов, занялись процессной оптимизацией.

Серьезных успехов удалось добиться на поле снижения неформальной занятости. Вместе с Прокуратурой и Гострудинспекцией, коллегами из муниципалитетов удалось вывести из тени более 250 тысяч граждан (это подтверждают сверки с Пенсионным фондом). Работники стали получать белую зарплату и, соответственно, у них совершенно другое социальное самочувствие. В бюджетную систему поступило налогов и сборов порядка 3 млрд рублей.

В сфере выплат мы постоянно развиваем сервисы. Наш интерактивный консультант по мерам соцподдержки стал победителем конкурса социальных проектов им. А. П. Починка в 2018 году. Профессиональная, слаженная команда Республиканского центра социальной поддержки населения выдерживает ежегодное увеличение мер – объем выплат растет на миллиарды. Только в текущем году у нас прибавляется новая мера – выплата малоимущим семьям с детьми от 3 до 7 лет включительно, а это 90 тысяч получателей и более 5 млрд федеральных средств. Сейчас проводится никому не заметная огромная кропотливая работа (не только нашим ведомством, но и коллегами из Минцифры, ПФР, ФНС, Госкомюстиции и других) для того, чтобы люди могли подать лишь одно заявление в МФЦ и получать ежемесячно на карточку деньги (по 4,9 тыс.). Не знаю, в этот раз, боюсь, имеющимися штатами не справимся…

Еще одно достижение – это развитие службы семьи. За два года становления проведены десятки тысяч мероприятий. Мы не можем быстро увидеть результаты такой работы, но они уже есть. Сейчас на сопровождении 4,5 тысячи семей, а всего охватили 9,7 тысячи, и это значит, что в этих семьях нам удастся избежать драматичных последствий, понимаете?

Плюс, отношу к своим позитивным результатам системное развитие социально- ориентированных НКО. Сколько народилось реальных организаций и долгосрочных социальных проектов за это время!

Ну и, прямо скажем, наше Министерство участвует практически во всех федеральных пилотах и по линии нацпроектов, и при конкурсном распределении средств привлекает в республику самые крупные суммы в стране.

Что касается недоработок. На моей совести как раз зарплаты работников нашей системы, вот за это мне стыдно. Это очень плохо, когда такая работа не является престижной. Задача для решения в ближайшей перспективе.

И еще, признаюсь на странице вашего издания, я чувствую свою вину за то, что не отстояла упомянутую систему социальной поддержки, и к 1 октября 2018 года в 48 муниципалитетах были закрыты отделы центра поддержки населения. Сейчас там прием заявлений осуществляется только в МФЦ и мы изо всех сил вместе старались, чтобы люди не пострадали.

Также сожалею, что не удается все решать быстро, все происходит очень медленно…

Какую последнюю книгу удалось прочитать?

«Архитектура выбора» (англ. Nudge) Ричарда Талера. Она про то, что мы всегда можем людей подтолкнуть к правильному выбору. Условно, если в школьной столовой еда расположена так, что ты выберешь пирожки, то ты выберешь пирожки, притом что снизу будут яблоки, сверху – морковка. Но ты так можешь расположить продукты, что ребенок будет выбирать всегда яблоки или морковку. Государство может выстроить архитектуру государственной системы так, чтобы, не ущемляя права выбора, установить такие настройки: не воспитывать иждивенчество, а воспитывать ответственность нормального человека за себя, своих детей, родителей и так далее. Мне эту книгу сын подарил.

Если бы вам удалось вернуться в прошлое и что-то передать себе 18-летней, что бы вы сказали?

Я бы сказала себе: люби, верь своему сердцу, цени каждое мгновение, почаще навещай родителей и заботься о сестренке. Постарайся сделать все, чтобы хоть чуточку улучшить этот мир...

И последний вопрос от атеиста Познера: когда вы окажетесь перед Богом, что вы скажете ему?

Я не знаю... Я бы его попросила быть милосерднее к людям…


  • Круглосуточная горячая линия Минздрава РБ +7 (347) 286-58-27, +7 (347) 279-91-20 (По вопросам информации о коронавирусной инфекции, возвращение из стран с неблагополучной эпидобстановкой, больничным)
  • Горячая линия администрации Уфы +7 (800) 250-56-04 (по вопросам коронавирусной инфекции)
  • Круглосуточная горячая линия ОНФ для помощи пожилым и маломобильным гражданам +7 (800) 200-34-11 (оказание помощи с покупкой и доставкой продуктов, лекарств и предметов первой необходимости)
  • Горячая линия Госкомитета по туризму РБ +7 (800) 505-94-56 будни: 10.00 – 20.00 ; выходные: 11.00 – 18.00 (По вопросам отмены туров, возврата билетов, возвращению из-за границы)
  • Горячая линия Министерства образования РБ +7 (347) 292-11-52 будни: 09.00 – 18.00 (по вопросам дистанционного обучения, переноса ЕГЭ, продления каникул и т.д.)

ПОДЕЛИТЬСЯ


Загрузка