Подкаст: кому и за что
в Башкирии раздают ордена



Общество


«За пролитую в Афгане кровь я получаю семь тысяч»

12:44 20 Февраля 2019 | 4865
Автор: Ирина ШИПУНОВА
Все материалы автора

Воину-интернационалисту, получившему ранение в Афганистане, не дают инвалидность по военной травме.

«За пролитую в Афгане кровь я получаю семь тысяч»
Девягин (второй слева во втором ряду)

Дмитрия Федоровича Девягина хорошо знают в деревне Красный Ключ Иглинского района, о нем даже писали в местной многотиражке. За его плечами 13 лет службы в армии, 103 прыжка с парашютом. «Срочную» он проходил в Афганистане, вернулся. Два года проработал и отправился служить дальше – старшим техником разведывательно-десантной роты в составе Южной группы войск в Венгрии.

– В Афганистане был заместителем командира 4-го пулеметного взвода 2-й мотострелковой роты прославленного 101-го полка, находящегося в то время близ города Герат, – вспоминает он. – В марте 1980-го мы в механизированной колонне сопровождения нарвались на мину. Помню оглушительный взрыв, и БТР встал, наполнившись удушливым газом. Нам вдвоем с сослуживцем удалось выбраться, остальные погибли. Я получил контузию и травму позвоночника. Отлежался в медсанбате и опять к своим ребятам. В то время мы не задумывались, что надо как-то оформлять увечья, кто об этом думает на войне?

Мы были первыми, и на наших ошибках учились, потом уже ребята ездили на броне. Когда вернулся на родину, не нашел себя в мирной жизни. Отправился опять служить, попал уже в Южную Венгрию. Там у меня начались первые приступы «провалов». Сейчас я уже предчувствую, что вот-вот потеряю сознание, а тогда это было внезапно, но зато и длились они всего минуты три-четыре. Комдив и начальник штаба со мной не спешили расстаться: отправят в госпиталь, подлечусь и обратно в строй.

Отдав 13 лет служению Отечеству и вернувшись теперь уже навсегда в свое родное село, Дмитрий стал замечать, что здоровье сильно пошатнулось:

– Там я жил в постоянном напряжении, некогда было охать да ахать. А на «гражданке» сразу возникли постоянные головные боли, правая рука стала как не своя. Но жить как-то надо. У меня семья, дочь с сыном подрастают. Выпью обезболивающее и что-нибудь от головы – и за работу, – говорит Дмитрий Федорович.

Годы шли, Дмитрий начал терять слух. Врачи-неврологи обнаружили серьезное заболевание головного мозга и склонность к пароксизмам, поставили диагноз «энцефалопатия сочетанного генеза (последствия черепно-мозговой травмы) дисциркуляторная, в сочетании с внутричерепной гипертензией».

На работу никуда не брали: Дмитрий мог потерять сознание в любой момент. Чем зарабатывать на жизнь? Первое время занимался извозом, но потом все чаще стали случаться ситуации, когда он терял сознание за рулем. Дмитрий решил пересесть на скутер. Сейчас он подрабатывает сторожем в училище.

АФГАНЕЦ12.jpg

Дмитрий Девягин на лечении

– В 2014 году мне поставили инвалидность по общему заболеванию – тугоухость третьей степени, дали пенсию – чуть более шести тысяч. Супруга не вытерпела, говорит: «Что же ты зря кровь проливал? Все твои болезни еще с Афгана! Ты же воевал, а получаешь пенсию по инвалидности как какой-то кладовщик!». В самом деле, почему я должен все время с воды на хлеб перебиваться, что-то где-то выкраивать? А годы идут. Как нам с супругой жить дальше? – возмущается Дмитрий Федорович. – В общем-то с тугоухостью еще можно смириться, но вот что делать с головой: бывает так разболится, что лежу, не ем, не пью, боюсь пошевелиться.

И вот по требованию супруги Дмитрий все-таки решил добиться инвалидности по военной травме.

– Стал разбираться, какие у меня есть документы. Оказывается, есть заключение военно-врачебной комиссии при войсковой части № 21474, когда я после Афганистана служил еще на юге Венгрии. В нем зафиксировано, что я получил травму и контузию в Афганистане.

Но этого оказалось мало. Чиновники «не увидели связи» военной травмы с нынешним состоянием воина-интернационалиста.

– Четыре года заместитель руководителя по экспертной работе Главного бюро Медико-социальной экспертизы Роза Мухаметовна Бакиева направляла меня из одного учреждения в другое, – говорит Дмитрий. – Гоняли-гоняли и в итоге отказали!

– Нет ничего странного, что Главное бюро Медико-социальной экспертизы не увидело причинно-следственной связи военной травмы с теперешним состоянием Дмитрия Девягина, – комментирует Председатель правления Комитета социальной защиты военнослужащих и членов их семей республики Башкортостан Владимир Симарчук. – Это не первый и не последний случай, когда нам через суд приходится добиваться правды. Но, к сожалению, и здесь мы оказываемся униженными: чаще всего судьи не слушают никаких доводов и становятся на сторону чиновников.

Действительно, и через суд не удалось воину-афганцу добиться пенсии по военной травме. А ведь собраны доказательства такие, что только слепой их не увидит:

Вот акт судебно-медицинского освидетельствования в Челябинском бюро СМЭ: «Девягин Дмитрий Федорович. Минно-взрывное ранение, старые кожные рубцы головы в правой половине лобной области, левой половине затылка, рубец задней поверхности грудной клетки, подтвержденные свидетельскими показаниями Джанибекова М. М. и Муравейникова А. П. Жалобы на прогрессирующее снижение слуха после минно-взрывной травмы, полученной в республике Афганистан в марте 1980 года».

АФГАНЕЦ.jpg

Заключение Военно-врачебной комиссии

То же самое значится и в результатах СМЭ города Екатеринбурга, где в апреле 2017 года судмедэксперт Александр Мягков ответил ясно, что двусторонняя сенсорная тугоухость – последствие минно-взрывной травмы.

«Кто дал им право так издеваться надо мной? Разве я этого заслужил? Я воевал в самое трудное время – в 1980-м. Свершил 17 вылетов на вертолетах МИ-8 и МИ-24, десантировался со своими ребятами на караваны моджахедов, участвовал в рейдах-зачистках, мерз под дождем, засыпал в снегу, и волосы стояли дыбом не то от холода, не то от страха, – говорит он. – В разгар «передела собственности» в стране не стал бандитом. А такие предложения были, ведь я в совершенстве владею всеми видами огнестрельного оружия. Лечения тоже нет никакого. Последний раз лечился в отделении для воинов-интернационалистов Республиканской клинической психиатрической больницы в марте 2017 года. С тех пор слышу ответ: "Мест нет!"».

Вот и живи, как хочешь, ветеран боевых действий на пенсию семь тысяч плюс единовременное пособие – «афганские» 2 900 рублей. Но Дмитрий Федорович не в обиде на страну. «Люди здесь ни при чем, – говорит он. – Если приглашают в школу рассказать о войне, никогда не отказываюсь, наоборот, воодушевляюсь, когда вижу глаза ребят, как они слушают. Все дело в чиновниках. Но хоть один из них должен же мне помочь?».


ПОДЕЛИТЬСЯ

Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите CTRL+ENTER


Новости партнеров



Рекомендуемое



Спецпроекты


Тесты




Карточки



Афиша







Опрос



Происшествия



Загрузка...