Без цензуры


БЕЗ ЦЕНЗУРЫ с блогером Стасом Михайловым. Скучает ли он по экс-мэру Иреку Ялалову, и зачем Хабирову блогеры

13:43 04 Января 2019 | 6627
Автор: Ирина Моторина
Все материалы автора

Скучает ли он по Иреку Ялалову, почему в Уфе сильная журналистика и слабые журналисты. Зачем Радию Хабирову нужны блогеры.

БЕЗ ЦЕНЗУРЫ с блогером Стасом Михайловым. Скучает ли он по экс-мэру Иреку Ялалову, и зачем Хабирову блогеры
Ирина Моторина (ИМ): – Без цензуры сегодня мы говорим с известным блогером и журналистом, прежде всего радиожурналистом – Стасом Михайловым. Поговорим, конечно, о блогерах, о журналистах, и политике.

Стас Михайлов (СМ): – Я рассчитывал, что мы будем говорить про Хабирова и его послание. ИМ: – А то, конечно! Но я думаю, что мы в целом поговорим обо всем. Все-таки блогер или журналист? Стас, ты как-то ловко мимикрируешь туда-обратно, а что для тебя первоочередно?

СМ: – Наверное, все-таки блогер. Потому что, к сожалению, журналистика в какой-то момент перестала удовлетворять мое внутреннее ощущение свободы. Мы с тобой помним те времена, когда журналистика в Башкирии была свободной, несмотря на все политические (ситуации –ред.)…
ИМ: Черт возьми, да это было! И это было по всей России тогда.

СМ:  Мы говорили, что хотели, и как хотели. Эта внутренняя свобода, она у меня осталась. Постоянно пыталась вылезти. А журналистика, особенно современная журналистика, современные тенденции, которые наблюдаются, они, к сожалению, загоняют человека в рамки. Кто-то может жить в таких условиях, но я понял, что мне тяжело и некомфортно в таких условиях. Я вольный ветер, спасибо интернету. Лишь бы его не закрыли. 


ИМ: Раз уж мы заговорили о свободе, на мой взгляд самая честная журналистская позиция –быть подальше от власти. Не приближаться к ней настолько, чтобы тебя задели: либо приласкали, либо “настучали” по голове. Ты с этим согласен? Что надо быть в стороне. 
СМ: На мой взгляд, журналист и блогер, если мы говорим о пишущей братии, та обезьяна, которая сидит на дереве и наблюдают за ходом схватки, хотя с другой стороны российская журналистика все-таки журналистика действия. Западная журналистская школа призывает к тому, чтобы журналист наблюдал и излагал факты, у нас так работает “Коммерсант”. Никаких личных оценок. 

ИМ: Это же правильно?

СМ: С одной стороны да, но с другой стороны у журналиста есть возможность добавить картинке происходящего эмоциональности. Мы же все живые люди. Тут вопрос в том, прав ты или не прав, на чьей ты стороне. К сожалению, есть моменты, когда журналистика перестает быть журналистикой и становится пропагандой. Я не даю оценок плохо это или хорошо, каждая из сторон нужна, да и где-то мы пересекаемся. 

ИМ:  На мой взгляд, сейчас только она и есть, ровно такая журналистика – пропаганда. Или есть ряд СМИ, которым ты доверяешь как профессионал, как гражданин? Есть СМИ, которые не занимаются пропагандой? 

СМ:  Что такое пропаганда? Продвижение неких оценок, ценностей. Призывы к благотворительности – пропаганда. Говорят, что через дорогу нужно переходить на зеленый свет? Это тоже пропаганда.

ИМ: Я сейчас о тех СМИ, что пишут о власти. Мы же говорим, что надо быть в стороне, и если действовать, то не вовлекаться настолько, чтобы это стало пропагандой. СМ: – Могу ошибаться, но мне кажется, что это во многом зависит от самого человека. От журналиста, от редакционной политики. Если редактор в силу каких-то причин начинает вилять хвостом и целовать пятую точку, вся редакционная политика будет строится на этом. ИМ: – Много ли у нас редакторов, которые этого не делают?

СМ:  На мой взгляд достаточно много. Эта типичная психология пошла с советских времен, когда думали мы одно, делали другое, и оправдывали себя тем, что такие обстоятельства. Детей надо кормить, за тобой, если говорить о редакторе, определенное количество людей, которые получают деньги, нужно сохранить издание. И не все готовы в нынешних условиях, учитывая отсутствие политической конкуренции. В этой конкуренции должна быть еще и денежная составляющая. Денежные мешки, кто собственно будет спонсировать, содержать средства массовой информации, платить за рекламу. Этих людей все меньше и меньше. Я не могу осуждать журналистов, потому что и власти… Я вот неоднократно разговаривал с чиновниками, они мне кулуарно рассказывали какие-то вещи, я их спрашивал, почему вы не говорить об этом вслух? Это же хорошее дело. Они на меня смотрели удивленными глазами, ничего не отвечали, и я понимал, что это страх «как бы не высунуться». 

ИМ: У нас это не принято. 
_MG_0307.jpg

СМ: Да, кстати, памятуя о Джулиани, была абсолютно такая же история. У него преступность снизилась, но все лавры достались начальнику полиции. Его назвали человеком года, народ его любил, в отличие от Джулиани. Это я к тому, что меня несколько смущает посыл «давайте будем, как Джулиани». Хабиров призывает быть этим человеком? Вот тут вопрос сложный. 

ИМ: – Раз уже мы перешли на обсуждение именно послания и вообще всей деятельности Хабирова за последние два-три месяца… 
СМ: – Сколько там деятельности то? 
ИМ: – Самый цитируемый политик из тех, кто есть у нас в регионе, поэтому думаю, что правильно говорить, что деятельность уже есть, результата пока не видно. 
СМ: – Мне казалось, что деятельность и результаты… 
ИМ: – У нас так: начал кипеть – уже хорошо. И слава богу! Раньше же ничего вообще не происходило. Твои впечатления об этом тексте, я не говорю о шоу.  О той сути, что было сказано, и о том, что происходит сейчас - твой взгляд?

СМ: Текст был достаточно пустой. Первая мысль, не только у меня такая мысль возникла, это был предвыборный текст, построенный по всем канонам предвыборной агитации. Возможно, сказалась то, что он врио, и эти упорные слухи, которые ходят о возможности появления другой фигуры на сентябрьских выборах. Возможно, из-за короткого срока не получилось подготовить часть с цифрами. Подкупило то, что наконец начали говорить человеческим языком. Я наблюдал за залом, он исходил любовью к сцене, к человеку, который там выступал. 

ИМ: – Говорят, что люди рыдали. 

СМ: – Учитывая основной возрастную категорию, которая там находилась, не много надо усилий, чтобы аудитория зарыдала. По сути Хабиров говорит о том, о чем говорят последние лет… по крайней мере я пишу об этом лет пять. Школы, детские сады, образование, здоровье. Социалка - это очень важно, на людей не обращали внимание. Но что меня смущает, так это откуда возьмут деньги. Да, там сказали про майские указы и путинские трансферты. Но мы расплачиваться за это будем чем? Повышением НДС, повышением пенсионного возраста. Деньги же из воздуха не возьмут. 

ИМ: – Это и так уже запланированная история. 
СМ: – Так что мы все эти цели и оплатим. Не сокращением ракет и глупостей всевозможных, а из своего кармана. Сегодняшний пример – Даша Кучеренко написала в своем посте, что на следующий день после обращения Хабирова, вручали городу скорую помощь, перекрыли квартал, потратили бензин, начальники за наши деньги купленную скорую помощь вручают собственно нам же. Это как-то не вяжется с посланием Хабирова, и вот таких неувязок много.
ИМ: – По инерции продолжается показушность. 
СМ: – Можно было это сделать дешевле и эффективнее. 
ИМ: – Абсолютно согласна. 
СМ: – Если убрать посторонних зрителей, бесполезных блогеров, о них отдельно скажу, потому что они не выполнили той задачи, для которой, как мне кажется, их звали. Там сидели люди, которые сидят в политике уже лет 25. Лица, которые мы помним еще со времен первого президента. Я смотрел на них, и у меня сложилось впечатление, что им скучно, некоторые не понимали, вообще, о чем речь, все выглядело настолько дежурно, что стало понятно - ничего не изменится. Абсолютно согласен со всем тем, что он говорил, думаю не найдется никакого другого человека, который скажет, что это плохо, но это говорилось уже много лет. Ростислав Мурзагулов, которому приписывают авторство этого спича, будет обижаться, но тем не менее власть сама виновата в том, что им не верят, потому что из года в год в посланиях, в интервью они говорили ровно тоже самое, но ничего не делалось. Я прошерстил ленту новостей, издания газет, думал, что на эмоциональном подъеме от его выступления, народ будет взбудоражен, скажет - все за Хабирова, мы идем за ним! Но был крайне холодный прием и оценки. Я сравнил с десятым годом, когда пришел Хамитов - там духоподъемность была намного выше. 

ИМ: – Ладоши подустали у людей хлопать, хочется уже видеть результат.

СМ: – Людям на самом деле хочется жить. Просто жить. Я ленты просматриваю ежедневно, много людей пишут о проблемах, не просто бытовых, а немножко надбытовых, это прежде отношение власти.У меня ощущение, что никаких изменений не будет, пока этих чиновников не уберут с постов, не произойдет капитальная чистка рядов.Взять хотя бы назначение Шафиковой, заявление нового министра образования, что нам все равно. Все это коренным образом отличается от того, что декларировали со сцены. Работа министров неэффективна - все это признали, но министры, которые сидели в правительство при Хамитове, все еще устроены. Зачем? Простите, но вот тебе тапочки за дверь и устраивайся.
ИМ: – Обычная практика бюрократической машины, надо своих пристраивать. 
СМ: – Это было всегда, и до революции было.
ИМ: – Ты согласен с тем, что Хабиров политик нового формата для республики? Постепенно он приводит сюда новых людей, у него был очень короткий период, за который он вообще что-то сделал, возможно, мы будем свидетелями перемен в ближайшем году, и эта смена произойдет. 
СМ: – Да ну...
ИМ: – Ты достаточно скептичен по отношению к власти?

СМ: – Власть не надо любить, это не торт, не шоколадка и не ребенок, они выполняют свою работу, за которую получают неплохие деньги из налогов. Это наши деньги. В тоже время я противник неуважения власти, не надо низводить чиновников до ранга уборщиц, и я не пытаюсь сейчас обидеть уборщиц. Нет у них своя задача, менеджерская, делать жизнь нормальной. Приведу пример, если у вас в доме хорошо работает управляющая компания, нигде ничего не течет, не дует, вы и не замечайте ее работы, так же должно быть с властью. Пока наша власть больше пиарится, причем тратя на это большие деньги, и ничего не делает. Если ты раньше мог на 1000 рублей закупить продуктов на месяц, то теперь лишь на несколько дней. Это показатель. У Хабирова прозвучала очень интересная фраза о том, что внутри региона может сделать жизнь лучше. Отчасти да. Можно поднять производства моркови, надои молока и так далее, но в отрыве от всей страны, а мы знаем, что в стране творится, ничего мы не сделаем, мы финансово зависим от московского бюджета. 
ИМ: – Факторов много, конечно. Хочу вернуть тебя к теме блогеров, которые сидели на балконе во время послания, ты проговорился о том, что роль у них должна быть совсем другой. Почему их позвали? На твой взгляд, это тоже такие новые веяния? 
CМ: – Позвали исключительно, для того, чтобы они написали, как все было хорошо. Это нормально, но то, что они написали, простите меня, не убедит никого. Тут либо они сами не поверили, либо они бездарности. Если тебе делают заказ, ты должен его выполнить на пять с плюсом. Блогеров попытались отчасти подкупить, обнять, приблизить к власти. Но может быть они обнимают не тех. 
ИМ: – Обнимают тех, кто очевиден… 
CМ: – На самом ли деле блогеры нужны для политической системы? Каков их реальный вес? Я понимаю, что кидаю камень и в свой огород. 
ИМ: – Я всегда вступала в спор между блогерами и журналистами, защищала журналистов, мне есть что сказать и о роли блогеров. Но это не предмет нашего разговора, но тема интересная. Может как-нибудь об этом тоже поговорим, пригласим главных спорщиков, но сейчас у меня вопрос: зачем власти нужны блогеры, которые по сути - только красивая фотография в посте и эмоций. В инстаграме человек, фотографирующий красивые массовые мероприятия, может быть и нужен, но что этот блогер делает на балконе, слушая послание главы? 
CМ: – Это было послание для людей. Блогеры доносят информацию до некоторых категорий людей, и с этой точки зрения они нужны. Существует огромная иллюзия о том, что средства массовой информации читаются всеми. На самом деле читают, я разочарую, не более 15%. До остальных информация не доходят. Я подозреваю, что большое число людей даже не знает о выступлении Хабирова. 
ИМ: – Скорее всего так и есть. Мы же все раздуваем информационный пузырь и думаем, что это всем важно, что все это знают.
CМ: – Достаточно выйти на улицу, экспресс опросы настолько далеки от того, чем интересуешься ты, что становится грустно и страшно. Отчасти блогеры, конечно, покрывают... Но они опять же находятся в нашей, условно говоря, тусовке. Информационная журналистка – это замкнутая система, круг общения и круг читателей - один и тот же. Мы не выходим или редко выходим за пределы этого круга, у нас нет деревенских блогеров, да, у нас есть агроблогеры, но читают ли их деревенские жители - вопрос. У нас, например, на соцсеть “одноклассники” смотрят свысока, а это действительно очень своеобразный мир, с которым никто не работает, там крайне интересная публика, сложная публика. Появится блогер, который будет хорошо работать в одноклассниках, он по-настоящему станет первым блогером народа. А мы все, фейсбучная тусовка - мелкая шушера. Большие иллюзии, самонадувание щек - это все пустое. Тут вопрос результата.Возвращаясь к главной теме, будет ли результат у Хабирова или нет – посмотрим. Я очень хочу, чтобы результат был, но предыдущий опыт не дает повода для оптимизма.
ИМ: – Знаешь, как ни странно, приход Мурзагулова в государственные СМИ, я считаю достаточно положительным событием. Мне кажется, что это здорово, что такой политик-шоумен-чиновник, он в общем-то тоже из журналисткой тусовки, заставит немножко встряхнуться наши ГосСМИ. С ними так раньше не работали. С другой стороны, наблюдая за всем, что происходит, мне кажется он “заигрывает” с журналистами, это настораживает. У тебя какие ощущения? Такие же противоречивые? 
CМ: – Я боюсь, как бы не заигрались. Такие вещи нужно подводить по итогам года, но пока это шоу ради шоу. Интересный инцидент произошел, сегодня Булат Баширов написал фразу, что Хабирова не то вывели, не то вынесли, у него есть на странице, я перепостил специально, и Мурзагулов нервно написал “Ты что напился?”. Была нервная реакция. Я понимаю, что после послания все на нервах, но это действительно перебор. Находясь на этой должности нужно держать голову трезвой, рассчитывать все холодным умом. Потому что он, как мне представляется, не знаю его задачи на самом деле, своеобразный паук, человек, который дергает за ниточки, я в хорошем смысле говорю, это нормальный технологический процесс. Наши официальные СМИ, они кто в лес, кто по дрова. Все в основном патоку льют, у них пустые статьи, которые ничего не дают, деньги на ветер. Получится ли у Мурзагулова что-то сделать? Не знаю. Мы неоднократно были свидетелями того, как талантливые люди, попадая в систему чиновничества, заражались этим вирусом. Но опять же - он ведь там далеко не главный, я не думаю, что в его появление вызвало огромный восторг у чиновников, когда он говорит завести им аккаунты. Большим дяденькам в галстуках не понравится, что их учит какой-то там сопляк. Я подозреваю, что его фразы на оперативке вызвали очень неприятное ощущение у товарищей, находящихся с ним по соседству, это выльется в неприятности в будущем. 

_MG_0272.jpg

ИМ: – Возвращаясь к нашим СМИ, к оценке работы наших журналистов. Очень часто слышу такое мнение, что башкирская журналистика - сильное явление, у нас есть хорошие журналисты, но персоналий мало. Ты согласен с этим? 
CМ: – Cогласен. Когда приехал Максим Курников, мы с ним много на эту тему разговаривали, это был очень хороший опыт. Кстати сейчас появилась, как модно говорить, плеяда журналистов из других регионов, с другой школой, не школой БГУ. На них очень интересно взглянуть, потому что, находясь здесь, глаз замыливается. И вот они позволили мне заметить, что у нас никто не умеет брать интервью. В Башкирии нет хороших интервьюеров. Это первое, второе - некритичность восприятия. Когда перед собой сидит человек в высоком звании, и ты не разделяешь его мнение, хочешь поспорить, внутренняя несвобода тебе мешает. У нас же как все воспринимается? Любое несогласие - это оппозиционность, тебе начинают вставлять палки в колеса. Они, эти новые люди, показали, что журналистика немножко другая, там есть моменты, которые мы как-то упустили, я не знаю почему. 
ИМ: – И когда это произошло?

CМ: – Я подозреваю, что это произошло очень давно. В любом случае надо развиваться и вливать свежую кровь. 
ИМ: – Как же ее вливать, если самые талантливые уезжают или уходят из профессии? Опять же в блогеры. CМ: – Тут только конкуренция. Другого нет на самом деле. Это развитие малого бизнеса, который, кстати, при новой власти дико штрафуется, хотя говорят, что нас любят, вот инвестиции, развивайтесь, все прекрасно, и тут же штраф за снег. Это не единичный случай, огромное количество, если раньше просто приходили и говорили, вот вам предписание уберите все и нормально, то сейчас тупо штраф, причем не 500, не 1000, а 10000 рублей. Зачем штрафуется малый бизнес? И это не только в Уфе. Власть одним ртом говорит - мы для людей, а другим – штраф. Кому, простите, верить? Естественно я верю тому, от которого у меня в кошельке пустеет, а все ваши шарики да салюты… я лучше сериал индийский посмотрю. 

ИМ: – Завершая наш безумно интересный разговор, я хочу тебя попросить сформулировать некое видение этой ситуации с нашей пишущей братией. Какой ты хочешь ее видеть? Такое пожелание коллегам в новом году. Как журналисты должны разговаривать с властью? Как они должны доносить информацию о власти? Какой в идеале должна быть наша журналистика на твой взгляд? 

CМ: – Во-первых, свободной, во-вторых, если власть работает хорошо – говорить, что да, ребята, это хорошо, если это плохо – говорить как есть. У журналистики цель одна – информировать, а решение принимает избиратель. Но когда нет избирателя, никакая журналистика на самом деле не нужна. Это информационный листок, справочная. Давайте отвлечемся. Все-таки очень хорошая вещь, о ней никто не написал и почему-то не заметили, когда на выступлении Хабирова зазвучала тревога, он продолжал говорить, но после всех трагедий, которые случились стране, после всех слов о том, что давайте мы будем за закон, он не прервался, если бы случился реальный пожар… 
ИМ: – Все должны были вскочить и побежать? 
CМ: – Это закон. Если срабатывает тревога, это же не обязательно пожар, все прерывается, где-нибудь в США людей просто вывели. Ничего страшного, что он прервался, подышали бы свежим воздухом, все нормально. Это бы продемонстрировало человеческое отношение, уважение к людям, к их безопасности, отношение к закону, которому он призывает следовать, но для него главной была речь. Что касается журналистики, на самом деле у нас очень хорошее журналисты. Я читаю не только то, что они пишут в газеты, но и то, что они пишут в своих блогах. Мне это нравится. Не всегда я с ними согласен, не всегда выбираются выражения, но на то это и личные страницы. Просто нет условий. Надо зарабатывать, где-то люди ограничивают себя.Но даже несмотря на чудовищные условия, которые были у нас в последние годы, Уфа сумела сохранить дух свободы в журналистском сообществе. Даже часть того, что мы говорим, в каком-нибудь Краснодарском крае, сказать невозможно. Я уже не говорю про Чечню, даже в Татарстане, в Челябинске, в Екатеринбурге такого нет. Это абсолютно уникальное, сродни московскому, и даже выше питерского, хотя, может быть, тут играет роль, что и в Питере, и в Москве есть независимые издания, у нас журналисты больше высказываются в соцсетях, но тем ни менее Уфа очень свободолюбивый город с точки зрения журналистики. Это оставляет надежду, что все будет хорошо, создадутся условия. Все мы несовершенны. Я не хочу ругать, я просто хочу пожелать силы и внутренней убежденности.
 ИМ: – Ты большой патриот Уфы. Я это знаю, вижу, я тебя читаю. Ты буквально в каждый проблемный уголок влезешь, снимешь, покажешь и спросишь с чиновников - да что же это такое. Особенно увлекала твоя борьба с Ялаловым. Сейчас ты по нему скучаешь или нет?
 
СМ: – У меня двоякое чувство к новому мэру. Ялаловская медийная яркость, элемент интриги, заигрывания, артистизм, приятна мне, потому что это моя работа, есть о чем писать, говорить. Мустафин, он, кстати, первым стал аплодировать вчера, я специально пересмотрел сегодня запись, когда приветствовали Муртазу Губайдуловича, он первый встал из всего зала. Это так, просто заметка. Мустафин закрыт, он другого поколения. Ялалов, мне кажется, что слухи верны, прошел какой-то курс обучения, потому что он резко изменился в какой-то момент, начал применять современные медийные техники, при том, что прессслужба работала также - никак, он был яркой звездой. Всё-таки надо рассматривать с точки зрения эффективности. Пока ничего не могу сказать про нового. Снег расчистили, но снега и не было, штрафует – минус. Условный плюс на условный минус равняется нуль на нуль. 
ИМ: – Я тебя еще раз благодарю за то, что ты пришел, здорово поговорили. Я думаю, что тему, которую мы обозначили, мы продолжим обязательно. Это была рубрика без цензуры.
 


ПОДЕЛИТЬСЯ

Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите CTRL+ENTER



Новости партнеров



Рекомендуемое



Спецпроекты


Тесты




Карточки



Афиша





---


Опрос

В России наблюдается всплеск протестной активности. Чем на ваш взгляд закончится протестная активность в Москве?

Пройти опрос


Происшествия



Загрузка...

Сексуальная пятница