Илья Тавлияров: «Тех, у кого нет
кассетных магнитофонов,
я сделал отставшими»



Психология


Замаскироваться под «нормальных»: как работать с психическим расстройством

16:20 26 Января 2018 | 3806
Автор: Наталья МАКЕЕНКО
Все материалы автора

Михаил Лермонтов, Вирджиния Вулф, Эдгар Аллан По – эти знаменитые писатели нисколько нас не пугают, наоборот, вызывают восхищение. Но мало кто знает, что Лермонтов страдал одной из форм шизофрении, у английской писательницы Вирджинии Вулф была диагностирована глубокая депрессия, а Эдгар По страдал от биполярного аффективного расстройства. Но это было давно, да и говорим мы о великих людях. А что в современном мире? Как бы вы отреагировали, узнав, что среди ваших коллег работает шизофреник или человек с паническими атаками? Жители Башкортостана рассказали, почему предпочитают молчать на работе о своем диагнозе. 

Замаскироваться под «нормальных»: как работать с психическим расстройством
Фото: aikido-mariel.ru

Евгения, 25 лет, верстальщик.

– Я уже много лет живу с биполярным аффективным расстройством (БАР). Сменила два места работы, в итоге поняла, что могу работать только дома с более или менее свободным графиком.

Началось все примерно на последнем курсе университета. У меня была депрессия, запустила учебу. Когда до диплома остался месяц, а у меня было примерно 22 «хвоста», то есть фактически меня отчислили, я активизировалась. В итоге за месяц сдала все долги, курсовые, госэкзамены на отлично и диплом на отлично. Все вокруг смотрели на меня и думали, что я либо кому-то заплатила, либо просто врала, что у меня такие проблемы с учебой. Но меня было уже не остановить.

Теперь понимаю, что тогда был период мании, для тебя не существует ничего невозможного. Но, к сожалению, этот эффект длится совсем недолго. Потом наступает тяжелая депрессия. Так было и у меня. Я пролежала под одеялом три месяца. Почти не ела, ни с кем не желала общаться, мне перестала быть интересна жизнь. Попрощалась со всеми своими друзьями и знакомыми, осознанно желая остаться одна. Все уговоры родителей не воспринимала, просто хотелось, чтобы про тебя забыли все на свете, воспринимали тебя как предмет интерьера. Ни желаний, ни планов, ни цели – ничего. Этот период продлился долго, около девяти месяцев.

Как-то проснулась и снова почувствовала прилив сил. Это мощный толчок адреналина, ты не чувствуешь себя ничтожным, полон сил и эмоций. Поняла, что хочу работать, что хочу жить в другом городе, воплощать свои идеи. Составила резюме, отправила его, мне тут же позвонили. На следующий день я уже проходила два собеседования. Один работодатель уже готов был взять меня. Меньше чем за неделю  переехала, нашла квартиру, машину, все меня устроило. Три месяца длилась моя эйфория. Работала и днем, и ночью. Всегда улыбалась, даже какие-то неприятности вызывали у меня только положительные эмоции. А потом наступила темнота.

24 часа в сутки ты находишься в крайне подавленном настроении, готов заплакать даже, к примеру, когда опаздываешь на минуту. А бывают еще крайне «негативные волны», как я это называю. Вот ты сидишь на работе, и тут приходит такая «негативная волна». И все, ты даже глазами не можешь пошевелить, даже если тебя палками бить будут.

Сначала очень ждала выходных, а когда они наступали, то укутывалась в три одеяла и просто спала. Потом меня стало хватать только на несколько дней, а в середине недели я каждый раз придумывала причину, по которой не могу выйти на работу – работала дома. Кто будет долго терпеть такого работника? Осознание того, что ты можешь лишиться места работы, но ничего не можешь с этим поделать, приносило еще больше страданий. На работе никто не мог понять, что со мной происходит, как я из активной и веселой девушки превратилась в даму с вечно скорбящим лицом. В итоге ушла сама. Потом снова полгода депрессии, только еще более жесткой. Я очень хотела уйти в монастырь, но родители не пустили. Это не жизнь нормального человека, а какая-то пародия. Потом снова наступил период мании, устроилась на другую работу, и снова все повторилось. Тогда поняла, что это не совпадение. Обратилась к психотерапевту. Сейчас работаю дома, борюсь со своей болезнью, пытаюсь найти гармонию между депрессией и манией. Думаю, если бы на работе рассказала о своей настоящей причине, то меня просто не поняли бы, сказали бы, что я несерьезная или что мне не нужно это место. Но это не так.

Аделина, 29 лет, архивариус.

– У меня панические атаки. Так сказал мне психотерапевт. На работе ничего не рассказываю, у меня и без этого сложилась репутация крайне странного человека.

Панические атаки начались у меня как-то неожиданно, стала бояться наступления ночи, потому что ты остаешься совсем один. Мне казалось, что я все время слышу какие-то голоса, но шизофренией доктор это не назвал. Бывало, что просто сижу, занимаюсь своими делами, и тут что-то происходит резко – мне хочется бежать. Сколько раз у меня была мысль спрыгнуть с балкона. Будто что-то подходит ко мне, и я этого очень боялась.

Стала очень ранима, могла заплакать от любой мелочи, даже если клей, к примеру, закончился или ручка. Я плачу, окружающие с осторожностью обходят меня. Был период, когда просто хотела лечь навсегда в клинику. Маленькая одиночная комната, койка и окно. Все. Лежала бы и смотрела в окно. И чтобы рядом не было никого. Но у нас в республике не найти приличных клиник, врачей-то сложно стоящих найти. Сменила трех психологов, многие мне просто говорили общие вещи, чтобы я успокоилась, родила детей и т. д.

Фото: zdorovejka.ru

Сейчас стала часто уходить на больничный, но я не придумываю болезнь. Мое тело настолько сопротивляется такой жизни, что вызывает все новые и новые болезни. На работе, конечно, злятся, и я их понимаю. Но что же делать таким людям, как я? Одно время, когда принимала антидепрессанты, у меня были постоянные мысли о смерти. Не хотела ее и не ждала, но чувствовала, что она рядом. Очень похудела, окружающие задают много вопросов, а я боюсь что-либо рассказывать.

Евгений, 32 года, программист.

– У меня шизофрения, и меня не изолировали. Я так иронизирую, потому что, как мне кажется, стоит тебе только произнести слово «шизофрения», то все люди сразу разойдутся в стороны, будут смотреть на тебя как на зверька какого. Я не опасен, нахожусь на лечении, никогда не было ни случая, чтобы на кого-то накричал, сорвался или применил насилие. Работаю программистом в небольшой фирме, почти всегда поглощен нереальным миром. Общаюсь с людьми в основном в соцсетях. На работе держу дистанцию, но не потому, что не люблю людей, а потому, что боюсь их реакции, если узнают мой диагноз. Хотя живу с родителями, у меня уже два года шизофрения, но никто не догадался. Два года пролетели как один день. Я все время в компьютере, читаю, что-то смотрю, никуда не хожу и в реальности почти не общаюсь.

На работе, разумеется, не рассказываю ничего, уверен, что меня сразу же выгонят. Моя болезнь проявляется в какой-то недоверчивости обществу, мне кажется, что все против меня. А я настроен достаточно дружелюбно, плюс частая депрессия. Иногда голоса в голове, хотя считаю, что это совесть со мной часто разговаривает, а не что-то страшное.

Как-то был случай: познакомился с девушкой в соцсети, сразу решил сказать ей, что я шизофреник. Так она через секунду удалила меня и заблокировала. Что я ей сделал? Так и большинство людей поступит.

Мнение


Ольга Трофимова, психолог.

– Существует много мифов вокруг психических заболеваний, которые прочно засели у нас в головах. Самый распространенный – такие люди крайне опасны. Большинство людей с психическими болезнями никогда не проявляют насилия, они не опасны для общества. Конечно же, стоит брать во внимание на стадию протекания болезни.

Еще один распространенный миф – люди с психическими заболеваниями неизлечимы, можно поставить на них крест. Это не так. Да, это не ангина, требуется долгое и комплексное лечение, но прогноз не безнадежен.

Разумеется, чем больше запущена болезнь, тем сложнее человеку адаптироваться в обществе, найти свое место, влиться в коллектив (если мы говорим о работе). Но также следует отметить, что существует множество людей с легкими и средними психическими заболеваниями, занимающих руководящие должности.

Отвечая на вопрос, стоит ли рассказывать о своем заболевании начальству, нужно исходить из того, насколько доверительными сложились ваши отношения. Но, как показывает практика, далеко не во всех коллективах принято обсуждать подобные вопросы.

Британская благотворительная организация Time to Changе провела опрос среди офисных работников разных фирм. Оказалось, что большинство людей не хотят обсуждать вопросы, связанные с психическими заболеваниями. Согласно проведенному исследованию, офисные работники готовы говорить о деньгах, сексе, но не о болезнях. Стоит также отметить, что 50% опрошенных заявили, что, заметив у коллеги признаки психологического расстройства, они будут готовы обсудить это открыто, 16% сказали, что будут вынуждены рассказать обо всем начальству.

Если же вы заметили, что с вашим коллегой что-то не так, то постарайтесь не избегать его, не проявляйте пренебрежения. Вы можете его поддержать, просто предложив выпить чаю. Ваша поддержка будет очень полезной, а иногда такое внимание оказывает и терапевтические действия.


ПОДЕЛИТЬСЯ

Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите CTRL+ENTER


Новости партнеров



Рекомендуемое



Спецпроекты


Тесты




Карточки



Афиша





---


Опрос



Происшествия



Загрузка...