Культура



Музыкант Рустэм Сулейманов о черном списке Минкульта Башкирии и почему им не нужны умные люди

17:00 20 Июля 2018 | 16341
Автор: Нурия ФАТХУЛЛИНА
Все материалы автора

Много ли вы знаете башкирских музыкантов, способных задавать правильные ориентиры нашему искусству? Талантливый скрипач и дирижер Рустэм Сулейманов – один из них. Но раз за разом он попадает под колеса бюрократической машины. Если кто-то сдается, отказываясь от своих убеждений, то наш герой не привык отступать. В специальном интервью для ProUfu.ru Рустэм Сулейманов рассказал, почему важно мыслить глобально, как повысить престиж культуры Башкирии и остановить утечку кадров.   

Музыкант Рустэм Сулейманов о черном списке Минкульта Башкирии и почему им не нужны умные люди

– Вы известны своими резкими высказываниями в адрес чиновничьего аппарата РБ. Почему сейчас особенно нужна такая конструктивная критика?

– Сейчас ситуация такова, что общество не видит целостной картины мира. У людей есть возможность знать все или многое, но они не берут эту информацию. Отсюда рождается сама концепция ключевых тем, которые нужно рассказать. К сожалению, многие СМИ не делают аналитику и любят писать с точки зрения доброжелательного повествования. Например, некоторые журналы и газеты по старой привычке пишут о культурных мероприятиях в стиле «Ах, как это было здорово!». Мы эти страницы, освещающие музыкально-театральные события, можем не открывать, потому что заранее понятно, что там будет. Поэтому мы, работники культуры, а не журналисты, вынуждены все разжевывать: объяснять, аргументировать и т. д. 

Вы знаете, я сам тоже издаюсь иногда. Если раньше проходил какой-то фестиваль, то брал целый блок и анализировал: кто приехал, их недочеты, сколько стоило, какое будет будущее у музыки и т. д. В этом году мы вместе с моим другом композитором провели фестиваль «Башкорт-АРТстан», где исполнили музыку Башкортостана, Татарстана, произведения знаменитых композиторов нашей республики и западно-европейских авторов. Я с коллегами наконец-то сыграл квартет «На конец времени» Оливье Мессиана, который в Уфе не исполнялся, но об этом я мечтал многие годы.

На нескольких площадках шла выставка наших коллег – современных художников. Хоть кто-нибудь об этом написал?! Наши друзья: журналисты и блогеры – сходили на все концерты, прослушали разную великолепную музыку, но ни словом о фестивале не обмолвились. А крепкая аналитика нужна, ибо она будет корректировать работу всех, кто связан с искусством.

XN6xr-YFSEQ.jpg

Фото: job.ptj.spb.ru

– Какие проблемы вы видите в нашей культуре?

– В искусстве нашего региона есть одна большая проблема – это тотальное доминирование интересов чиновничьего слоя. Свободное пространство в Уфе кардинально необходимо, но пока его у нас практически нет. Когда мы слишком сильно начинаем заявлять о себе – говорить о свободе творчества, тогда от нас немного отстают и дают небольшое пространство побултыхаться. У них свои песочницы, у нас свои.

Два-три года назад хватка была такой жесткой, что иной раз нельзя было ничего сделать. Они следили за каждым: когда у тебя проходит хороший концерт, они отмалчивались, а когда была какая-то неудача, то затаптывали тут же. Музыкантам и живописцам ограничивали доступ к зрителю, выжимая из концертных залов и галерей. По сути, это запрет на профессию. Если в Европе человек получает такой запрет, то он просто переезжает в соседнюю страну, например из Бельгии во Францию, и продолжает заниматься своим делом. А у нас так сделать невозможно, потому что куда бы ты ни шел, за тобой потянется этот шлейф. Они будут звонить своим коллегам из других регионов, чтобы тебя полностью изолировали от работы.

– Но почему чиновники гнут такую неполиткорректную линию?

– В Уфе есть очень хорошие специалисты в сфере искусства, имеющие свободный доступ к СМИ. И когда они начинают указывать на недостатки работы чиновничьего аппарата нашей сферы, то сразу становятся неугодными. Чиновники просто хотят, чтобы вместо нас на рынке были свои люди. А ты такой специалист – умный, колкий, знающий и острый, разбирающийся в искусстве лучше, чем они, им не нужен. Таких людей включают в черные списки. Формирование таких списков всегда происходит в Минкульте, а дальше они переходят к остальным ведомствам. Я был в этом списке три года. А попал туда после участия в передаче телеканала БСТ «Красная кнопка», где имел наглость высказываться о проблемах в сфере искусства Башкирии. И после сольного open-air концерта, на котором я исполнил серенады и ноктюрны на скрипочке девушкам на Революционной, 18. Только в этом году мне удалось выйти из этих списков. И все благодаря профессионализму или, как люблю говорить, благодаря моей скрипке. Сейчас я выступаю в Башгосфилармонии, преподаю в Уфимском училище искусств.

– А вы не боитесь после этого интервью снова попасть в черный список?

– Думаю, больше такого не будет, ибо аппаратчики понимают, что мы на одной стороне. Мы корректируем их работу лучше любого общественного совета по культуре, лучше любой коллегии, лучше любых кураторов, замов и т. д. Власть полагает, что тоже хорошо разбирается в культуре и искусстве, они реально в это верят, только потом из-за нехватки времени и некомпетентности делают ошибки. Поэтому свободно мыслящие люди нужны, чтобы корректировать их деятельность. Я понимаю и принимаю, что задача чиновников всех контролировать: отстающих подтягивать, а сильных немного притормозить, чтобы все шли вровень, развивались равномерно.       

GSH_4637_d_ejw_1280.jpg

– Вы говорите про какие-то сильные коллективы. Кто они?

– У нас три ведущих коллектива: Ансамбль народного танца им. Ф. Гаскарова, Национальный симфонический оркестр РБ, Национальный молодежный театр им. М. Карима. С профессиональной точки зрения внутренняя работа коллективов заточена таким образом, что они выдают максимальную отдачу. Я не говорю, что остальные не хотят быть на их уровне, просто они не видят этой разницы.

Скажем, Башкирскому театру оперы и балета вообще наплевать, ставит он оперу или нет. Несколько лет назад у них был огромный репертуар – в неделю выдавали по три оперных спектакля и три балета. Работали шесть дней, в понедельник выходной. Они до сих пор по этому режиму работают, но количество оперных и балетных спектаклей сократилось в три раза. Появились новые жанры, которые раньше в театре были неприемлемы: оперетты, водевили, дешевенькие трагикомедии. Руководство – псевдо-профессионалы думают, что они работают в новых жанрах, но на самом деле они пришли к тупику. Они уничтожили «репертуарный театр», а взамен ничего не предложили. Часть спектаклей идет без оркестра, под фонограмму, новые нормальные спектакли давно не ставятся, декорации на складе сгнили. 

В конце 2017 года театр представил «Царскую невесту» Римского-Корсакова. Да, действительно опера восстановлена, но она идет не из-за долгих качественных репетиций, а просто потому, что основная часть труппы знала этот спектакль, не надо было его учить с ними. Если им дать совершенно новую постановку, скажем «Тангейзера», они не справятся. А еще государство тратит на этих людей деньги: огромный зарплатный фонд, субсидии. Те же просто просиживают свои джинсы и делают вид, что активно работают.

– Вы много лет руководили симфоническим оркестром. Что сегодня можете сказать о коллективе?

– Оркестр глубоко провалился в профессиональном плане. Так выходит, когда дирижеры не требуют от своих коллег полной отдачи. Им нужно исполнять серьезные произведения, а играют сейчас какую-то попсу. Друзья мои мне говорят: «Как ни приедешь в Уфу, то на афишах одни саундтреки фильмов и мультфильмов». Сейчас они играют плохо, но если с ними поработать, то быстро придут в форму.

Также регрессу коллектива посодействовали длительные внутренние конфликты. Из-за того, что музыканты не могут прийти к общему мнению с руководством, все поделились на три лагеря: руководящий состав, часть коллектива, который против них, и молодые ребята, не знающие, чью сторону принять, потому что на них давит начальство. Я думаю, что к началу сезона все будет в порядке, все очень устали от этих ссор. Тем более прошедшие проверки показали, что руководители не правы.


– Вы много говорите про талантливую молодежь, но почему на республиканских сценах мы ее не видим?

– Не поверите – у нас очень много одаренных ребят, но Башкирия долгие годы поставляет кадры в другие регионы. После окончания Среднего специального музыкального колледжа дети сразу уезжают в Москву. То же самое происходит со студентами УГИИ им. З. Исмагилова.

Престиж наших учебных заведений заметно упал, хотя педагоги остались те же. Менять методы обучения или еще что-либо никто не хочет. Уже в школах закрыли направление по изучению башкирской музыки, количество бюджетных мест сокращают – студентов пытаются принимать на хозрасчет, и виноваты, разумеется, не руководители. При этом в регионе есть условия, чтобы вузы функционировали нормально. В этом году я окончил аспирантуру Казанской консерватории, мне есть с чем сравнивать.

qxknJsKUVKE.jpg

Рустэм Сулейманов со своим квартетом 

– В Пермском крае провели исследования, результаты которых показали, что с развитием культуры резко снизилась миграция. Неужели у нас нельзя поднять уровень культуры?

Пермский культурный феномен является уникальным для страны, у него даже есть определение – пермская культурная революция. Люди перестали уезжать из Перми, наоборот, они туда возвращаются. Уровень их спектаклей стал выше, к тому же театры постоянно гастролируют. Есть в Перми крутой проект «Театр-Театр», который не боится экспериментировать. Есть прекрасный оркестр, который может взять и бахнуть симфонический концерт на каком-нибудь заброшенном заводе. Такие перформансы и привлекают, увлекают людей. В Перми региональная власть выделяет много средств на культуру, а у нас такого никогда не будет.

У нас была блестящая идея – президентские гранты, но сейчас эти деньги не выплачиваются из-за многочисленных нарушений. Потому что их распределением занимается какая-то кучка получиновников, полуэкспертов, выдающих субвенции только своим подведомственным учреждениям. Хоть бы раз дали грант независимой театральной труппе! Мы очень много лет хотим поставить балет «Урал-батыр», но не можем, не финансируют. При всем этом заниматься творчеством ныне не запрещают, только нам говорят: «Иди, занимайся творчеством, а лучше в переходе». Или предлагают уехать из республики. Я могу уехать, но принципиально с места не сдвинусь, пока не исправим ситуацию.

– Как сейчас вывести из хаоса искусство республики?

– Нужно разделить работу коллективов на три равных направления: 

  • классическое искусство,

  • национальное и

  • современное.

У нас нет запрета на творчество: только молодые композиторы не пишут музыку из-за того, что их произведения никто не играет. Многие проекты делаются через призму этномузыки: фестивали «Этноночь», «Курай-фест», «Урал моно». При этом ни одному кураисту еще гранта не дали. Но они так самоотверженно трудятся, что и без какой-либо помощи впереди планеты всей. 

В Татарстане завидуют нашему изобилию национальных коллективов и этнопроектов. Но у нас есть проблема – идет перегиб в сторону этники, а не академизма. По другим показателям остальные регионы уложат нас на лопатки. Чтобы поднять на качественный уровень культуру, нужно заложить определенную смету. И тогда не только гаскаровцы будут выезжать на международные гастроли. Мы могли бы вывести за рубеж сколько угодно оркестров: приглашали выступить на Рождество в Польше, на летних фестивалях в Германии, Австрии, Греции и т. д. Но мне ни разу не разрешили – они не видели в этом нужды.

ehau7JUlQJc.jpg

– Мы слышали, что вы готовите для меломанов совершенно новый уникальный проект. Расскажите о нем?

– У нас будет электронный проект под названием Frisson – экстаз от музыки. Первые плоды нашей работы публика сможет увидеть уже осенью этого года. Основная концепция – симфоническая электронная музыка.

Сейчас диджеи стали какими-то монополистам, заменив композиторство: сами сочиняют, сами играют и собирают большие концертные площадки. Поэтому я собрал единомышленников, с которыми будем воспроизводить эти электронные композиции. Это не каверы и не занудные выступления. Работа будет такая же, как в любом филармоническом оркестре: композитор, в нашем случае диджей, пишет музыку, приносит в оркестр, который воспроизводит все на электронных инструментах. 

Стили будут современные: adm, house, noise, idm, немного поэкспериментируем с техниками RnB, блюза, джаза, рэпа. Вокала не будет. Эта идея лежит на поверхности, но в действительности очень трудна для реализации, и, конечно, будет много критики. Но нас это не пугает.

ПОДЕЛИТЬСЯ

Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите CTRL+ENTER

Читайте нас в


Новости партнеров


Загрузка...


Спецпроекты


Тесты




Газета BONUS


Карточки



Афиша




Газета BONUS



Опрос




Происшествия




Сексуальная пятница