ЛЕНТА НОВОСТЕЙ



Культура



Дирижер и кураист Рамил Гайзуллин: «Я хочу защитить башкирских артистов»

15:01 08 Июня 2017 | 19558
Автор: Зухра БУРАКАЕВА
Все материалы автора

О нынешней ситуации в культуре и филармонии, о беззащитности башкирских артистов беседуем с создателем Национального оркестра народных инструментов (НОНИ) Башкирской государственной филармонии им. Х. Ахметова, бывшим художественным руководителем, а ныне – штатным музыкантом-духовиком, заслуженным артистом Российской Федерации, народным артистом Башкортостана, лауреатом многочисленных международных, всероссийских и региональных конкурсов и фестивалей Рамилом Гайзуллиным.
Дирижер и кураист Рамил Гайзуллин: «Я хочу защитить башкирских артистов»
Фотографии из личного архива Р.М. Гайзуллина

И тогда появилась мечта…


 В свое время создание НОНИ стало изумительным подарком не только для всей общественности нашей республики, но и конкретно для башкир, ведь это означало выход национальной музыки, народных инструментов на совершенно другой уровень… Я помню этот восторг, ваши первые концерты…

– Это было в 2001 году, шестнадцать лет назад. Да, оркестр  мое детище, я создавал его с нуля. 

 Откуда пришла сама идея?

– Я много ездил по разным фестивалям, конкурсам, выступал на разных площадках по стране и миру. И когда на сцене выступали оркестры национальных инструментов, особенно наших сородичей – Казахстана, Кыргызстана, то становилось обидно за свою республику, свой народ. Так пришла мечта… Но руководство филармонии отмахнулось от меня – мол, столько всего это требует, столько суеты… Тогда я написал письмо Президенту Башкортостана Муртазе Рахимову. И с указки «сверху» все и закрутилось… Создали 40 штатных мест для музыкантов. Худсовет отбирал лучших музыкантов Уфы.

гайз.jpg

С бывшим Президентом Башкортостана Муртазой Рахимовым


 А где брали инструменты? Кто писал партитуры?

– Музыканты поначалу пришли со своими инструментами. Затем уже покупали. А насчет партитур, конечно, было сложно. Ведь это специфический оркестр. Представьте – симфонический, оркестр русских инструментов, джазовый – там уже все есть: традиции, ноты. А тут – ничего. Мы дали заказы нашим композиторам. Учебный оркестр при УГАИ им. З. Исмагилова отказался мне давать свои партитуры. Выручили композиторы Анатолий Кукубаев и Нур Даутов, которые дали свои произведения, – и мы начали репетировать. Позже заказывали от филармонии, порой и свои деньги вкладывал, подтягивал дружеские связи из Москвы, Санкт-Петербурга, Казахстана… Целая музыкальная история (смеется).

Вот такой получился юбилей…


 Вы отдали своему «детищу» 15 лет жизни. И вот, в канун вашего 55-летнего юбилея, вдруг вам не продлевают контракт…

– Это удивительно, что с создателем и руководителем оркестра заключают годовые контракты. Такого нет нигде. Более того – создателя оркестра, тем более такого специфического, скажем, в г. Актобе в Казахстане ценят так высоко, что для него, после ухода на пенсию, в филармонии даже выделили отдельную должность «почетный советник»… Когда меня хотели убрать с занимаемой должности, придумали новую – заместитель директора по фольклору. Но я понимал, что это уловка, – потом бы придумали, что не прошел испытательный срок и прочее, прочее… Вот такой получился юбилей…

 И, самое главное, таких профессионалов в нашей республике – считанные единицы… В чем же причины?

– Думаю, есть две причины. Первая – боязнь конкуренции. Я с оркестром играл на личном приеме Президента России Владимира Путина глав государств ШОС и БРИКС. Ему так понравился наш оркестр, моя работа, он подошел лично, пожал мне руку, поблагодарил. Затем подошел и Дмитрий Песков (пресс-секретарь Президента РФ – прим. ред.), сказал, что у нас высокий уровень, похвалил. Многих это насторожило, и вскоре я стал явственно ощущать давление.

гайзуллин15.jpg

Вторая причина – я стал раскрывать двойные стандарты руководства филармонии. Я уже не раз высказывался руководству филармонии о смешных заработных платах наших артистов. Если они работали на нерентабельных концертах в течение месяца, они получают голый оклад – 4-5 тысяч. А это ведь отцы и матери семейств! И разве артисты должны организовывать концерты так, чтобы они были рентабельными? Не дело ли это администраторов и непосредственная, ежедневная деятельность директора?.. Артист выезжает в дальние районы, теряет время и здоровье, поет, танцует, играет по мере своего профессионализма – в чем он виноват?!

гайзуллин8.jpg

С народным артистом СССР Иосифом Кобзоном

Нашего оркестра это не касалось – у нас все концерты были рентабельны. Но, когда обратились ко мне артисты эстрады как к аксакалу филармонии (я работаю здесь с 1987 года), конечно же, я решил окончательно разобраться с этим вопросом. Зашел сначала к директору Айдару Зубайдуллину. Он отказался решать этот вопрос. Я пошел дальше – к министру Амине Шафиковой. Она сказала, что руководитель имеет право распоряжаться заработными платами по своему усмотрению. О том, как они должны жить на свои гроши, она не стала отвечать. Тогда я направился к заместителю премьер-министра Салавату Сагитову. А он просто развел руками и вообще ничего не сказал.

Зато проблемы не заставили себя ждать…

гайзуллин7.jpg

С популярным певцом Димой Биланом

Я не успел воспитать достойного преемника…


 У меня такое ощущение, что сейчас время не специалистов, а тех, кто терпит и молчит, и тех, кто умеет приспособиться. Это везде. У вас – в филармонии – уходят в свободное плавание прекрасные артисты…  Чего они добиваются? Впереди ведь – Фольклориада!

– Я сам не понимаю. Я не успел воспитать преемника для специфического, во многом уникального оркестра, который так же разбирался бы в партитурах, глубоко любил и знал нашу башкирскую культуру, музыку… Просто не думал, что можно так поступить. Строил грандиозные планы. Кстати, фестивали «Поющая Республика», «Парад дирижеров», «Зов Урала» – это все мои проекты. Я всегда щедро использовал для оркестра свои личные, дружеские связи, мы постоянно участвовали в международных и российских конкурсах и фестивалях, возвращались с громкими победами. А за этот год оркестр не дал ни одного сольного концерта, не смог выехать ни на один фестиваль. Артисты стали посылать вместо себя своих студентов, что вообще было недопустимо при мне – оркестр ведь профессиональный и с именем!

гайзуллин10.jpg

С народной артисткой России Надеждой Бабкиной

– Если бы все повернуть назад, и к вам так же подошли бы артисты и попросили о помощи?

– Я бы снова пошел. Мне жалко наших башкирских артистов, жалко, что они со своими уникальными способностями, восхищающими весь мир, живут в нищете и унижении. Жалко, что их используют, как хотят и сколько хотят, – по приказам «сверху». И очень стыдно перед другими регионами. Я общаюсь с директорами других филармоний. 

Художественный руководитель Татарстанской филармонии Айдар Файзрахманов мне сказал: «У нас артисты – это святое». Вот и уезжают наши артисты, музыканты в Казань, Москву, другие города… А директор белгородской филармонии сказал: «Если концерты нерентабельны, в чем виноват артист? Это я, получается, виноват…».

 Вы уже судились, но филармония оказалась формально права…

– Мои артисты, несмотря на угрозы и запреты, писали главе региона. И я должен был судиться, я обязан был бороться.


Торжество курая


 Вы один из самых активных пропагандистов нашего национального символа – курая. Вы придумали необычную форму пропаганды, очень эффектную, я считаю. Играя с другими оркестрами, вы – дирижер – вдруг начинаете играть на курае и завершаете дирижирование кураем…

– Да, музыканты сами говорят: «У нас никогда такого не было». И – обратите внимание – финальной точкой – торжество курая, я держу его на вытянутой руке.

 С Национальным академическим оркестром народных инструментов им. Н.П. Осипова

 Вам не кажется, что в культуре сейчас ощущение тоталитаризма? Кого хотят – того и убирают. Это я и по себе говорю. Меня оставили без любимой работы и средств к существованию с тремя детьми-иждивенцами. А вы – отец четверых сыновей…

– Сыновья – моя гордость, моя радость. Старший Руслан в бизнесе, а вот младшие – Айтуган, Шамиль, Иксан – музыканты, как и я. 

гайзуллин5.jpg

С супругой Ириной и сыновьями Айтуганом, Шамилем и Иксаном

А что про культуру… Да, ощущение, что ничего святого. Все твои наработки, опыт, успех прошлых лет, вклад в культуру – все это исчезает под желанием одного человека. Мне говорят – «сверху». Я спрашиваю – а кто этот, всемогущий «сверху»? Никто не отвечает, но продолжают глубокомысленно молчать. Кто этот – «сверху», в конце-то концов? Владимир Путин, который меня благодарил за высокий профессионализм?

«Выдавливание» меня из родного оркестра происходит  очень грязными методами. Я вам рассказал только верхушку айсберга. Знаете, рассказывая об их грязных методах, я будто сам пачкаюсь. Поэтому воздержусь от многих историй. Скажу только, что из филармонии уже был вынужден уйти мой сын Айтуган, собирается уволиться сын Иксан…

гайз1.jpg

C cыновьями Русланом, Айтуганом, Шамилем и младшим Иксаном

 Я знаю, что вы сейчас сотрудничаете со многими оркестрами…

– Да, без работы я не сижу и не имею права сидеть, как отец большой семьи. За свою карьеру я работал с 17 профессиональными оркестрами. Недавно играл в Зале им. Чайковского со знаменитым Национальным академическим оркестром народных инструментов России им. Н. П. Осипова. И сейчас, с начала концертного сезона, меня ждут в Казахстане, Калмыкии, Смоленске, Санкт-Петербурге. Но я хочу работать со своим оркестром, мы только начали покорять мир и выходить на самый высокий уровень…

 Рамил Мавлитович, я думаю, что все, что вы рассказали, это только начало нашего большого журналистского расследования. И пусть ваше неравнодушие, боль за то, что творится у нас в культуре, послужит примером для всех, кто продолжает молчать и надеяться на что-то.

– Спасибо вам!

ПОДЕЛИТЬСЯ

Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите CTRL+ENTER


ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ






НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ



СПЕЦПРОЕКТЫ


ТЕСТЫ




ГАЗЕТА BONUS



КАРТОЧКИ




АФИША





ГАЗЕТА BONUS

СВОБОДНАЯ ПЛОЩАДКА



ОПРОС



ПРОИСШЕСТВИЯ



СЕКСУАЛЬНАЯ ПЯТНИЦА