Юра-музыкант: «Меня оперативными штучками с толку не собьешь!»

11:40, 10 января 2020

| c32655

В Ютуб появилось интервью с нашим земляком – известным рок-исполнителем Юрием Шевчуком. С певцом беседовал журналист, блогер, телеведущий Алексей Пивоваров. Самые интересные моменты разговора предлагаем нашим читателям.

Юра-музыкант: «Меня оперативными штучками с толку не собьешь!»

– Юрий, вы как-то сказали, что весь российский рок вышел из ленинградского рок-клуба. Вы приехали в Питер из Уфы уже довольно известным музыкантом…

–Ну, не известным, нет! Были альбомы «Периферия», «Компромисс». С альбомом «Время» я приехал в Питер. Почему переехал? Потому что в «конторе» (Комитет государственной безопасности – прим. ред.) мне сказали: «Еще одна песня и все, сынок, пойдешь по этапу». Пришлось эмигрировать из Уфы, но не в Америку, слава Богу, а в Питер. Сначала я пожил в Москве. Записал альбом. Материал у меня уже был готов. Помогли мне Сергей Летов, Сережа Рыженко, Илья Смирнов, журналист, музыкальный критик. С этим альбомом 8 ноября 1985 года мы с моей юной супругой оказались на Невском проспекте.

– Чем вы занимались, переехав в Питер? У вас же должна была быть работа, прописка

– Ничего этого не было. Как БГ пел: «Мы были из поколения дворников и сторожей». Я подметал асфальт на Невском, на Техноложке. Везде, где только можно, работал. Оброс немного друзьями, знакомыми. Они мне помогали с работой. Ютился по коммуналкам. Иногда вообще негде было ночевать. Помню даже пару раз мы переночевали на чердаке на Лиговке. Вот так было!

– В позднем СССР можно было вообще без денег жить?

– Не знаю, без денег сложновато. Но существовала тогда, как ее называли, «волосатая система». Ты мог подойти к чуваку с хаером, а ты такой же. По выражению лица ты понимал, что это свой. Спрашиваешь, типа: «Чувак, перенайтовать есть где?»

– Да, есть одна хата. А ты откуда?

– Из Уфы…

– О, круто! 

И всегда накормят, напоят. Найдется и матрас на кухне под батареей, где можно переночевать.

– А правда, что Геннадий Зайцев вам помог?

– Да! Это один из отцов-основателей ленинградского рок-клуба. Я пришел к нему рано утром, позвонил в дверь. Но у меня был такой мрачный периферийный прикид, очки на изоленте, что он испугался и не открыл. К нему постоянно кто-то ломился: то милиция, то рокеры. Его квартира была своеобразным рок-клубом, где собирались музыканты, хипаны.

– И он вас не пустил?

– Ну да… Потом часа через два он меня признал. Понятно, он же меня никогда не видел. Тогда Фейсбука не было…

– А как происходила процедура вступления в рок-клуб?

– В 1987 году я туда вступил, по-моему, с Федей Чистяковым вместе. Принимала нас комиссия. В зале сидела Барановская Нина, которая за тексты отвечала. Коля Михайлов, Ольга Слободская. Очень мне понравился Федор Чистяков и его группа. У него тематика была такая коммунальная. И песни – ироничные, хорошие, задорные, очень близкие мне.

– В Питере вы попали в атмосферу близких вам по духу людей?

– Самое главное – публика. Там были такие люди, девочки, в глазах которых сверкал интеллект. Это были образованнейшие люди, сливки общества. Они интересовались музыкой, философией. И всегда ждали нового на сцене. В рок-клуб приезжали люди со всей страны: из Владивостока, из Тюмени, из Уфы...

– А как туда попадали?

– Как-то так: пролезали сквозь крыши, по стенам лазали. Кто-то падал. Подходя к рок-клубу ты понимал, что попадаешь в море индивидуальностей, личностей, которые интересовались новым саундом, песнями, запрещенными в стране. А тут – на тебе – звучат! Это были совсем другие люди. Полный зал художников и глаз, абсолютно добрых и внимательных, которые четко оценивали все, что ты делаешь.

– А правда, что в зале рок-клуба нельзя было вскакивать, двигаться?

– Ерунда! Там даже сексом занимались во время концерта. Я сам видел. Ну, так, тихонечко. Там было очень бурно. Бушевала стихия очень хорошего качества и свойства.

– В каких местах Питера вы тусовались?

– В «Сайгоне», где можно было выпить чашку кофе. В «Гастрите», где за копейки можно было съесть сосиску и пюре. Все буфетчицы знали нас по именам и относились к волосатым хипанам очень доброжелательно. Там была своя атмосфера. Теперь этих мест уже нет.

– А враждебное отношение к вам было?

– Алексей, я приехал с Урала. Там было жестче все в сто раз. Тогда моих друзей сажали за инакомыслие, за запрещенную литературу. А когда я приехал в Питер, то как будто в рай попал. В душевный рай. Это было нечто! Плюс свобода – то, что в Уфе было запрещено, наглухо заколочено гвоздями. Помню в Уфе мы один только концерт дали полуподпольно. И то нас таскали в «контору», спрашивали: «Что? Зачем? Почему?»

А здесь – пожалуйста! Костя Кинчев, Виктор Цой… Минута славы «Аквариума», когда Боря (Гребенщиков) пел: «Рок-н-рол мертв, а я – жив!» Зал буквально поднялся на дыбы. Его часами не отпускали со сцены.

Это была такая эйфория. Такие птицы летали в зале! Люди смеялись, рыдали, обнимались.

– Можете сравнить московскую и питерскую атмосферу?

– Главное для меня люди, а не стены. Москва была пошире, похлебосольней. Москва тебя обнимала. Если ты был талантлив, она поднимала тебя на руки, и ты кочевал из дома в дом и пожинал какие-то стаканы своей славы. Тебя поили, кормили, а ты только пел. Но Москва могла задушить в своих объятиях. Поэтому я переехал в Питер, где все было сложнее. Там такие чуваки, которые смотрели на периферийного музыканта несколько свысока. И надо было доказать, что ты не мудак, и что тебе есть, о чем петь. А они уже состоялись, были известными.

Наш первый концерт в ленинградском рок-клубе был посвящен памяти Жоры Ардановского. Его группа «Россияне» была очень мощной. В 80-е она гремела круче, чем «Аквариум» и все остальные.

Жора Ардановский был красивейший чувак с огромной душой. Мне очень многие участники его группы «Россияне» помогали. А Жора Ардановский, если кто не знает, поехал к друзьям на Новый год и исчез, пропал без вести.

Тогда на концерте, посвященном его памяти, мы впервые спели несколько своих песен в ленинградском рок-клубе, еще не будучи его членами. И после концерта ко мне в гримерку зашли Гребенщиков, Цой, Курехин, Кинчев и сказали: «Круто, чувак! Молодец! Ништяк!» И это была первая и последняя награда в моей жизни. Я попал на небеса!

Два года я ходил на все концерты рок-клуба, слушал их и думал, чего же здесь не хватает? Для ленинградских рокеров Россией был Невский проспект со всеми вытекающими: с его философией, символикой, с Мережковским, Ахматовой, Гумилевым, Вертинским.

А мы дали немного другое. Расширили тематику песен. Показали Россию – коренную, истинную – Урал, Сибирь. Сделали песню «Конвейер» про чуваков, которые рубят «Жигули» на конвейере. Тематика наших песен в те времена была очень свежа.

Потом эту тему развили. Егор Летов добавил в нее радикальности. Но мы, может быть, первыми подняли ее. Я всегда интересовался Высоцким. Меня всегда радовал простой человек, живущий в небольшом моногороде, работающий, выживающий, любящий. Мы были такой сермягой и периферией, которой я всегда гордился.

–Что-то вы «снимали» с западной музыки, плагиатили?

–Плагиатили все! Мы бесконечно слушали музыку у кого-то на квартирах, обсуждали новые альбомы коллективно. Конечно, мы многого не понимали, не осмысливали. Но нам хотелось играть на таком же уровне и с таким же качеством, как на Западе, как это делали британские исполнители. Переводились тексты и все это прекрасно пелось. Это было проникновение в другую культуру, а не плагиат.

– А что за история была с Аллой Пугачевой? Она приходила к вам в рок-клуб?

– По-моему Артемий Троицкий притащил ее в рок-клуб, типа они дружили. Она была в косухе. Подвыпивший Майк Науменко, очень живой, веселый и ироничный чувак, пытался ее приобнять. Она как бы в ужасе отшатывалась. Это было смешно и прикольно.

– Она была из другого мира?

– Безусловно! Она из мира ВИА, гламурного, лакированного, где больше лоска, а не из того сермяжного, подвального, облачного музыкального мира с замесом музыки рок-н-ролла.

– Был у вас протест?

– О нем даже никто не говорил. Он просто был и все. Если они были «за», то мы были «против» и наоборот. Но это был не политический протест, скорее неприятие пронафталиненной, пластмассовой, неживой культуры. Мы пытались раздувать угольки живой жизни, залитой мочой официальной идеологии.

Но какой-то ностальгии у меня нет, слава Богу. Я пытаюсь еще писать песни.

– Рок-клуб закрылся, потому что кончилось его время?

–Да! Нас просто выпустили из подвалов. Можно стало ездить по стране, гастролировать. У рок-клуба не хватало на это сил, объективно. И как-то все потихоньку сошло на нет. Жалко… Недавно подходили ко мне молодые, они пытаются что-то возродить, реставрировать… Ну, не знаю, что из этого получится…

–Тогда и деньги у вас появились?

– Денег еще не было. Нас жестоко обманывали куркули. Но где-то в конце 88-89 года мы все уволились с работы. А до этого все где-то работали.

–Больше не надо было создавать видимость трудоустройства, иначе грозила статья за тунеядство?

–Да, меня так и вытеснили из Уфы. Я поступал на работу. Но приходили или звонили люди из «конторы» и говорили: «А что это у вас тут такой молодой человек делает?» Меня вызывало начальство и мне говорили: «Юрий, пиши увольнение по собственному желанию». Я увольнялся. Тут же звонок оттуда, типа: «Как это ты без работы? Посадим за тунеядство!» Ну, мучили… Пришлось уехать. В Питере было веселее.

–Как-то Борис Гребенщиков сказал, что вся нынешняя власть выросла на ленинградском роке.

–Ну не могу сказать за всю власть. Мне говорили, что Дмитрий Медведев тоже поступал в рок-клуб. Но его не приняли. Зато он теперь премьер-министр.

– Все помнят «Юру-музыканта». Но просто не верится, что люди, жившие в Питере, могут не знать Шевчука!

–Это был просто оперативный ход. Так они всегда делают: много раз переспрашивают имя и фамилию, чтобы запутать. Я к этому привык. Меня этим с толку не собьешь! Главное – я смог задать вопросы


Полностью интервью можно посмотреть ЗДЕСЬ

 

 

ПОДЕЛИТЬСЯ




Загрузка...

Последние новости

Прогноз погоды на 19 и 20 сентября в Башкирии
21:30 18 сентября 2020 | e 0
Коронавирус: актуальная статистика по Башкирии, стране и миру
21:00 18 сентября 2020 | e 0
В Башкирию поступила вакцина от коронавируса
20:41 18 сентября 2020 | e 0
На дорогах Башкирии пройдут масштабные рейды ГИБДД
20:23 18 сентября 2020 | e 0
ФК «Уфа» возглавила ТОП самых прибыльных клубов России
20:07 18 сентября 2020 | e 0
В Башкирии из-за COVID-19 закрыли въезды в пять районов и два города
19:21 18 сентября 2020 | e 0

Новости Уфы и республики Башкортостан
© Права защищены. 2008-2020