Общество

Уфимец Кинзикеев: "Много трупов - первое впечатление от войны"

15:45 04 Июля 2015 | Просмотры 11394
Автор: Разиф АБДУЛЛИН
Все материалы автора
Уфимец Кинзикеев: "Много трупов - первое впечатление от войны"
Proufu.ru

Галей Кинзикеев родился в Уфе в декабре 1924 года, всю войну прошел в составе Башкирской кавалерийской дивизии, участвовал в форсировании Днепра. Несмотря на солидный возраст, он очень эмоционально вспоминает военные годы.

Первые впечатления от войны – горы трупов

Перед встречей ветеран записал кое-что в тетрадку, чтобы легче вспоминать было. А потом поразил меня памятью о датах тех или иных событий в его военной биографии. В глазах 91-летнего солдата – то грусть, то яркая искорка из-за удачной шутки.

«Не могу ни с того ни с сего говорить – молодость мешает», - смеется в начале своего повествования Галей Хайретдинович. А потом затевает неспешный рассказ:

- В 1941 году летом я поехал отдыхать к двоюродной сестре в деревню. Не успел пробыть пару дней, как объявили о начале войны. Зятя забрали в армию, а сестра осталась с тремя маленькими детьми. Со слезами просила, чтобы я остался помочь ей заготовить топливо, кизяк, и корм скоту. Остался, помог.

По возвращении в Уфу молодой Галей бросает учебу и идет работать на 161 завод. Родной брат тем временем уже в армии, в Севастополе, на фронте он пропадает без вести. Галей сам просится на фронт в военкомате, но по возрасту с первого раза не проходит. Однако его направляют на обучение. 5 декабря 1942 Галей получает повестку в горком партии, где встречается с комиссаром Башкирской кавалерийской дивизии. Тот принимает его в свою команду и направляет парня учиться в Туймазы в полковую школу. Оттуда и попадает на фронт.

«Прибыли на Сталинградский фронт 23 января, - рассказывает ветеран. - Я был автоматчиком. Дошли с эскадроном до города Морозовск Ростовской области. Когда проходили город, увидели в одном из дворов очень много трупов, в основном женщин и детей. Прошли мимо, сняв шапки, многие - в слезах. Люди рассказали, что это были семьи коммунистов».

Первое письмо с фронта передал через учительницу

Эскадрон, в котором служил солдат, дошел до восточных берегов Северного Донца и занял там оборону.

«На вторую ночь у нас была стычка с группой немцев, - вспоминает Галей Кинзикеев. - Весь эскадрон участвовал в бою. Помкомвзвода был тяжело ранен, мне шальная пуля задела правую руку, легкое ранение получил. Потом меня направили учиться на курсы радистов при штабе дивизии. В этот день я встретился со своей школьной учительницей русского языка Аминой Ахметовой, она приехала в составе делегации из Башкирии с подарками. Еду нам привезли, кисеты, рукавицы. Она привезла от меня первое письмо родителям с фронта. Писал, что жив-здоров. Родителям про ранение не стал писать».

Мы учились там до 30 апреля. Оставили станицу, ночью пешком ,перебросили нас в деревню Анновка-Павловка Воронежской области, дошли 13 мая. Там продолжили обучение.

После боев стояла такая ужасная вонь

Наконец молодой автоматчик выучился на радиста. Галей должен был вести связь со штабом дивизии. Остановились вместе со штабом 60-ого полка в одной из деревень рядом с железной дорогой.

«Эскадроны были в лесах, а штаб полка - в деревне, - возвращается в прошлое ветеран. - Самолеты из пулеметов расстреливали женщин, которые находились на своих участках. Их было видно из-за их юбок. 13 июля нас отправили на фронт. Прошли через Курскую область. Двигались только в ночное время. В одном месте целый километр шли рядом с участком, где шли тяжелые танковые бои. Там стояла такая ужасная вонь, что появилась рвота, и лошади чихали. Бежали от этого места».

Мы видели кулаки немецких пилотов

17 сентября 1943 года боец дошел до Десны. Галея Кинзикеева с двуколкой и рацией передали в штаб дивизии.

«Мы двигались в сторону райцентра Березны, - рассказывает бывший радист.- Утром 60-й полк освободил Березну. Чуть погодя появились немецкие бомбардировщики и начали бомбить райцентр. Весь день бомбили. Сначала волна в 12 самолетов, из пулеметов стреляют, бомбят, потом 24 самолета, потом еще больше. Много было раненных в штабе дивизии и убитых. Досталось очень крепко. Дома горят, а в них - тяжелораненые. Неходячие через окно бросались. Мы их вытаскивали. Бомбили весь день. Ни зенитчиков, ни самолетов не было наших. Мы даже видели большие кулаки немецких пилотов - в перчатках».

Как форсировали Днепр

«Дошли по лесу до левого берега Днепра, соединились с 58-ым,60-ым полками и артполком, - рассказывает солдат. - Там в это время шла подготовка к форсированию. Валили лес, делали плоты, готовили подручные средства для переправы. Кроме мешков для перевода сбруи через реку у нас ничего не было.

Меня запрягли. Мы таскали вдвоем сырые бревна до озера. Вечером началось форсирование. Мы таскали бревна, пускали в озеро, потом начали таскать ящики с боеприпасами».

4-ый эскадрон кавдивизии переправился и занял плацдарм на берегу. В конце ночи к утру на лодках на тот берег отправился и штаб полка с Кусимовым. Затем и другие подразделения переправились.

Неудавшийся рейд на Речицу

«29 сентября 1943 года закончились бои по расширению плацдарма, - продолжает вспоминать Кинзикеев. - Мы должны были идти в рейд на станцию Речица недалеко от Гомеля. Впереди стрелки шли, за ними - танкисты, а за ними – мы. Пехотой не называли наших, немцев так называли. Пушки начали бить по немцам перед наступлением. Тут немецкий самолет сбросил бомбы возле нас. Я был верхом. Когда бомбы засвистели, я спрыгнул в окоп, даже по голове воздушная волна прошла. Вижу что с головой что-то неладно, глаза не могу открыть. Потерял сознание от контузии».

Товарищи потом рассказали Галею, что немцы стали отступать. А наших стрелков вслед за ними отправили. Но в это момент стали бить катюши – по своим. После этого рейд на Речицу не состоялся.

Ранение прервало боевой путь

Корпус, в котором служил Галей Кинзикеев, направили, минуя Речицу, освобождать другой населенный пункт. Во время боя прекратилась связь. Радисту пришлось искать обрыв провода.

«Только собрался перейти дорогу, слышу топот, - рассказывает ветеран и его голос слегка вибрирует. – Я - в траву высокую, вижу: немец пробежал с автоматом в руках. А у меня ничего нет, кроме ножа. Когда собирался, хотел взять автомат, мне сказали, чего будешь с ним возиться. Но все обошлось».

Но все же потом в этом бою Галея ранили. Руку разбило разрывной пулей. «Остался я калекой, - не скрывает ветеран. - Ранили 20 ноября 1943 года, а выписался в феврале 1945 года. После госпиталя, где три раза делали операцию и ничего не могли сделать, рана не закрывалась, меня направили в Уфу. В Уфе у меня начался остеомиелит костей. Я не мог спать, у меня такие ужасные боли были. Перед сном приходилось стакан сырца (самодельной водки) пить, потом спал 3-4 часа». В Уфе бойцу сделали операцию, но старая рана и теперь дает о себе знать.

Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите CTRL+ENTER

Хочешь получать свежие новости от ProUfu.ru прямо в своем мобильном? Подпишись на нас в Telegram.

Читайте также
ПОДЕЛИТЬСЯ
Рекомендуемое
Новости партнеров

Свободная площадка




Контент