Общество

Ликвидатор ЧАЭС: «В Уфе есть памятники дворнику, клоуну, а чернобыльцу – нет»

17:07 21 Июля 2016
Автор: Марат АХМЕТШИН
Все материалы автора
Ликвидатор ЧАЭС: «В Уфе есть памятники дворнику, клоуну, а чернобыльцу – нет»
Тридцать лет назад случилась трагедия, о которой весь мир будет помнить еще много лет – произошел взрыв на Чернобыльской АЭС, после которого радиация распространилась на многие километры. Если бы не ликвидаторы аварии, которых собрали со всего Союза, трудно даже предположить, насколько катастрофичными были бы последствия. ProUfu.ru поговорил с председателем Союза чернобыльцев Уфы Фаритом Бахметовым, чтобы узнать, как сегодня живется ликвидаторам в республике. 

 Фарит Муритович, расскажите, в чем заключалась ваша работа при ликвидации аварии?

– Я попал в Чернобыль в сентябре 1986 года. Был направлен воинской частью Красноярска, где проходил военную службу командиром взвода, весь командный состав направили на ликвидацию. Мы жили в городе Иванков, который находится в тридцатикилометровой близости. Оттуда нас каждый день возили на работу к эпицентру взрыва. Мы занимались тем, что строили крышу над реактором и сдавали отчет государственной комиссии. Я участвовал в этих работах с сентября по декабрь.

 Вы были в каких-то специальных костюмах?

– Да, мы были в костюмах, но больше двух минут в одну смену я никогда не работал. Например, утром мы встаем, завтракаем, выходим на построение, садимся в автобус. Автобус везет нас до определенной точки, мы пересаживаемся на другой транспорт, и так до самой «грязной» зоны. Это делалось для того, чтобы радиоактивный транспорт не выезжал за пределы загрязненной территории. Автомобили, рации и прочие вещи, находившиеся в опасной зоне, впоследствии не были оттуда вывезены – их забетонировали и оставили там. 

Когда мы подъезжали к месту аварии, никто не работал больше двух минут – когда я подбегал, чтобы кидать бетон или делать другую строительную работу, мне навстречу уже бежал тот, кто отработал свои две минуты. И так весь день: ликвидаторы приезжали к реактору, отрабатывали 2 минуты, потом возвращались, переодевались (каждый день в новую одежду), мылись и ждали второй вылазки. У нас было распределение работ по районам, я работал в четвертом. Как командир взвода получал задания, а потом распределял людей. Нашей работой было создание крыши над реактором. Некоторым становилось плохо очень быстро, и их увозили – все ведь зависит от индивидуальных характеристик человека, кто-то быстро получает урон, кто-то – не очень. 

Были и такие, которые работали не больше суток. С ними договаривались, что сутки они отрабатывают без респираторов и прочего оборудования, им дают все льготы и отправляют домой. Таким вот образом их бросали в самое пекло, а сколько они жили после подобных вылазок – лично мне неизвестно.

 Сколько ликвидаторов было из Башкирии, сколько на сегодняшний день осталось?

– Из Башкирии участвовало около десяти тысяч, осталось две с половиной тысячи – остальные все умерли. У людей сразу ослабевал иммунитет – они умирали от множества болезней, не только от рака. Длительность жизни при этом, конечно, зависит и от образа жизни, от индивидуальных характеристик организма, от того, сколько человек пробыл в опасной зоне. Были пагубные влияния и на психику: у многих мужчин, которые были на ликвидации, рушились семьи, многие заканчивали суицидом, другие спивались. 

Сейчас все оставшиеся больные, а инвалидность у нас получить очень сложно. Такую абсурдную ситуацию я встречал только в Башкирии. 

Общаемся с ликвидаторами с Северного Кавказа – у них у всех есть инвалидность второй группы, а у нас причиной получения инвалидности может быть только рак. А до того момента, пока ликвидатору оформят все документы, он обычно не доживает.

 Какие еще проблемы у чернобыльцев возникают в обществе?

– Проблем много. Как я уже говорил, многие потеряли семьи, некоторые из них стали вообще бездомными. У тех, кто не успел получить квартиру, кто приехал недавно из республик СНГ, – у всех возникает куча проблем с бюрократией на местах. Нужно доказывать, что ты чернобылец, что тебе нужна квартира, доставать всевозможные справки и прочее. Недавно к нам обратилась женщина из ликвидаторов, которой негде было жить. Так ей предложили какой-то интернат или дом престарелых в Ишимбае, где в одной комнате проживает по пять человек. А ведь это больной человек, которому уже за шестьдесят, и которому нужен уход.

Конечно, социальные службы выплачивают все, что полагается по закону, но не более того. А этого минимума недостаточно. С тех пор, как в 2005 году льготы были заменены монетизацией, многое вообще изменилось в худшую сторону.

 Какую работу ваша организация проводит с ликвидаторами?

– Организация создана для защиты прав чернобыльцев. Сами чернобыльцы и их семьи зачастую не знают, какие документы нужны, куда и что нужно сдавать для оформления инвалидности. Социальные службы сами не проявляют инициативу, пока человек не придет и не начнет предъявлять бумаги. Чтобы получить хоть что-то, ему придется пройти множество трудностей. Именно поэтому наша организация создана – чтобы помогать в таких вопросах людям. Сейчас нас уже знают, нам пытаются помогать. Думаю, что положительные сдвиги еще будут. 

 Каков порядок получения ликвидаторами необходимых лекарств?

– Минздрав формирует заказы на лекарства для ликвидаторов в начале года, заказы приходится ждать порой до июля. Так как это жизненно важные препараты, людям приходится покупать их самим, а ведь потом эти затраты никто не компенсирует.

 О какой еще проблеме вы хотели бы рассказать?

– Ликвидаторы годами ждут своей очереди в санатории, а в башкирские здравницы чернобыльцы вообще не могут попасть. Государство компенсирует лишь 1000 рублей в сутки, но в наших санаториях пребывание обходится намного дороже. А по справедливости – это же наши, республиканские санатории, мы должны ими пользоваться.

Также многих ликвидаторов и лично меня удивляет то, что до сих пор в Уфе не поставлен памятник чернобыльцу. Дворнику, землемеру, клоуну, лошади, кунице есть памятники, а чернобыльцу – нет. Чернобыльцу, который спас половину Европы от ядерного заражения, пожертвовав своим здоровьем на всю жизнь. Это ли справедливость?

Нам обещали поставить памятник к 25-летию, но тогда лишь заложили камень, а самого памятника нет до сих пор, хотя со дня трагедии уже прошло 30 лет.  

Нашли ошибку в тексте?
Выделите ее и нажмите CTRL+ENTER

Хочешь получать свежие новости от ProUfu.ru прямо в своем мобильном? Подпишись на нас в Telegram.

Читайте также
ПОДЕЛИТЬСЯ
Рекомендуемое
Новости партнеров

Свободная площадка




Контент